Новости

В День знаний глава государства посетит школу Владивостока

31-08-2016

В День знаний глава государства ознакомится с организацией учебного процесса в одной из школ Владивостока, а также посетит филиал Нахимовского военно-морского училища (Владивостокского президентского кадетского училища).

Кроме того, Президент проинспектирует ход создания судостроительного комплекса «Звезда», работа которого обеспечит возможность постройки и обслуживания судов различных классов.

2 сентября Владимир Путин встретится с резидентами ТОРов и перспективными инвесторами Дальневосточного федерального округа. В ходе беседы будут обсуждаться наиболее актуальные вопросы и направления дальнейшего развития предпринимательства в регионе. Встреча пройдёт на площадке второго Восточного экономического форума (остров Русский, кампус Дальневосточного федерального университета).

ВЭФ ориентирован на продвижение инвестиционной привлекательности Дальнего Востока и открывает широкие возможности для взаимодействия российских и зарубежных деловых партнёров.

В этот день также состоятся переговоры главы Российского государства с Премьер-министром Японии Синдзо Абэ, который прибудет в Россию для участия в форуме. Планируется обсудить реализацию договорённостей, достигнутых Владимиром Путиным и Синдзо Абэ на переговорах в Сочи 6 мая 2016 года, обменяться мнениями по широкому кругу вопросов двустороннего сотрудничества, в том числе в политической, торгово-экономической, энергетической и культурно-гуманитарной сферах. Среди основных тем – осуществление крупных инвестиционных проектов и запуск новых совместных инициатив. Лидеры также предметно рассмотрят актуальные международные и региональные проблемы.

3 сентября Президент России примет участие в пленарном заседании второго Восточного экономического форума. После пленарной сессии состоится встреча Владимира Путина с Президентом Республики Корея Пак Кын Хе, которая также будет принимать участие в мероприятиях ВЭФ в рамках рабочего визита в Россию.

В ходе предстоящих российско-корейских переговоров предполагается обсудить состояние и перспективы развития двусторонних отношений, в том числе вопросы взаимодействия в политической, торгово-экономической и культурно-гуманитарной сферах. Особое внимание будет уделено актуальным международным и региональным проблемам. По итогам планируется подписание ряда двусторонних документов.



Форум действий. Регионы

25-04-2016

Форум Общероссийского народного фронта «Форум действий. Регионы»

Владимир Путин принял участие в пленарном заседании межрегионального форума Общероссийского народного фронта «Форум действий. Регионы».

«Форум действий. Регионы» посвящён обсуждению и решению проблем Северо-Запада России, Поволжья и Урала: развитию промышленности, сохранению водных ресурсов, повышению качества услуг ЖКХ, выстраиванию эффективной и прозрачной работы местного самоуправления.

Реализация майских указов Президента по этим и другим актуальным вопросам обсуждалась накануне на пяти тематических площадках рабочих групп ОНФ: «Общество и власть: прямой диалог», «Образование и культура как основы национальной идентичности», «Качество повседневной жизни», «Честная и эффективная экономика», «Социальная справедливость».

К участию в форуме приглашены свыше 400 человек: гражданские активисты, федеральные и региональные эксперты, представители исполнительной власти, журналисты.

* * *

В.Путин: Добрый день, дорогие друзья!

Общероссийский народный фронт проводит второе мероприятие подобного рода, на которое мы собрались сегодня, – «Форум действий. Регионы». Знаю, что на этот раз здесь собрался очень большой отряд из Поволжья, Урала и Северо-Запада страны, это 21 регион.

Хотел бы ещё раз сказать, что формат таких межрегиональных площадок показывает, безусловно, свою востребованность и эффективность. Мы с вами собираемся не просто поговорить, причём на такие общие, хотя и важные темы, а ищем решения, обсуждаем эти вопросы.

И, если вы заметили, наверное, не всё получается, об этом ещё скажем, тем не менее на встречах подобного рода потом формируются позиции Правительства, Администрации Президента, вносятся изменения в федеральное законодательство, принимаются подзаконные акты. То есть хочу сказать, что инструменты подобного рода – прямой, по сути дела, демократии – работают, и весьма эффективно.

По такой же логике мы работали и в январе в Ставрополе, где с вашими коллегами из Северо-Кавказского и Южного федеральных округов подробно говорили на темы занятости, межнациональных отношений, жилищно-коммунального хозяйства, здравоохранения, борьбы с коррупцией.

Я просил бы ОНФ взять на контроль все поручения, данные по результатам и предыдущего форума. Рассчитываю, что мы с вами также продуктивно поработаем и сегодня, выйдем на практические решения.

И ещё один вопрос хотел бы отметить. В рамках таких форумов вы общаетесь со своими коллегами, с коллегами из других регионов, федеральных округов, обмениваетесь опытом, рассказываете о своей работе. Это помогает лучше понять, чем живёт наша страна, какие проблемы являются общими для всех нас, для наших людей, причём в самых отдалённых регионах огромной России. Такой целостный системный взгляд очень важен для эффективной реализации нашей общенациональной повестки, для постановки новых задач.

В ближайшее время мы проведём ещё два таких форума: один – в Якутии, второй – в Крыму. По итогам предлагаю вынести наиболее острые проблемы на общероссийский «Форум действий» и провести его в конце текущего года.

И, пользуясь возможностью, хотел бы также поблагодарить за гостеприимство Марий Эл, республику с древними обычаями и глубокой культурой, город, в котором мы находимся, – Йошкар-Олу. Её, если перевести, называют «Красный город», то есть по‑русски – «Красивый город», которому уже более четырёх веков. И, безусловно, это один из центров нашей многообразной культуры, в данном случае речь идёт о финно-угорской культуре.

Спасибо за внимание. Давайте начнём работу.

С.Говорухин: Сегодня у нас второй день работы форума. Вчера шло обсуждение на тематических площадках, поднимались разные актуальные вопросы, и не только для регионов, но и для всей страны. Думаю, сегодня они будут здесь озвучены.

Первый наш межрегиональный форум проходил в Ставрополе, сегодня – Йошкар-Ола. Владимир Владимирович сказал, что это в переводе «Красивый город». Вчера я вышел на площадь и увидел море туристов. Если бы мне 15 лет назад (а я бывал здесь) сказали, что в Йошкар-Олу будут на автобусах приезжать туристы из всех регионов, я бы не поверил.

Сегодняшний форум будут вести два человека, они местные жители. Я вас хочу познакомить: Александр Кузнецов, учитель, и Ирина Ильдюкова, тоже, кстати, по образованию учительница, но сегодня журналистка.

Я сказал, край очень интересный ещё и вот почему, хотя бы на примере: Ирина Ильдюкова у нас по национальности мари, у Саши мама – чувашка, отец – русский. Это такой край, это самый многонациональный регион Центральной России. Здесь живут веками многие народы бок о бок: и коми, и удмурты, и мари, и чуваши, и татары, и башкиры, и мордва, и русские, и украинцы (кстати, в Йошкар-Оле есть и украинская диаспора). За всё время, за эти последние 500 лет, не было ни одного конфликта на национальной почве, да не то что конфликта – они и не ссорились никогда по причинам разной национальности. Вот так все бы жили.

Хорошо, я разболтался, прошу прощения.

В.Путин: Нет, нам нравится. (Смех.)

С.Говорухин: Кто начнёт?

А.Кузнецов: Добрый день, уважаемые коллеги!

Мы очень рады приветствовать Вас, Владимир Владимирович, и всех участников «Форума действий. Регионы» в нашем прекрасном городе Йошкар-Оле.

Мы собрались здесь, на площадке ОНФ, чтобы обсудить разные проблемы – как специфические для наших регионов, так и те, которые, скажем, к сожалению, не теряют актуальности и во многих других регионах нашей страны тоже актуальны.

Перед тем как перейти непосредственно к вопросам, я бы, наверное, хотел передать привет. У меня есть одно поручение, Владимир Владимирович, от учеников. Когда они узнали, что я буду на форуме и, возможно, увижу Вас, они сказали: «Александр Иванович, передайте, пожалуйста, привет Владимиру Владимировичу». Вот от всех 1323 учеников, учащихся нашей школы, я Вам передаю огромный привет.

В.Путин: Спасибо большое.

И.Ильдюкова: Добрый день, Владимир Владимирович! Ещё раз здравствуйте, коллеги!

Как сказал Станислав Сергеевич, вчера мы очень интенсивно работали на пяти тематических площадках и традиционно обсуждали самые актуальные проблемы нашей действительности: это качество и доступность медицинских услуг, эффективность государственной поддержки различных отраслей экономики, проблемы в ЖКХ, образовании и многие другие проблемы. Всё это, конечно же, в свете, в контексте исполнения Ваших указов и поручений.

А.Кузнецов: Ирина сказала о том, что день был очень интенсивный, а я бы, наверное, ещё добавил, что он был очень продуктивен. Потому что действительно разработано было много решений, было много предложений, инициатив, и озвучено, кстати, очень много вопросов, которые настолько чувствительны и важны для всех наших граждан. Хотелось бы сегодня здесь их Вам задать.

В.Путин: Я предлагаю даже, не просто чтобы у нас был такой день вопросов-ответов, а предлагаю, чтобы наша встреча происходила в виде обсуждения, то есть постановка вопроса – и, может быть, это было бы очень здорово, я бы очень хотел от вас услышать – предложения по поводу того, как эти вопросы решать.

И.Ильдюкова: Мы, наверное, перейдём к самым насущным вопросам.

Владимир Владимирович, есть вопросы сложные и значимые, которые неизменно поднимаются на всех площадках: и на медиафорумах ОНФ, и на «Прямой линии» Вам задают эти вопросы, и Вы уже сами говорили об этом, – вопросы в сфере ЖКХ. В первую очередь мы, конечно, говорим о проблемах и сложностях в этой сфере, но у нас есть и практики, я бы даже сказала – лучшие практики. Мы хотели бы начать с этого.

Мне бы хотелось предоставить слово Михаилу Швыганову, обычному председателю ТСЖ, но достигшему необычных результатов. Пожалуйста.

М.Швыганов: Здравствуйте, Владимир Владимирович! Здравствуйте, участники форума! Я из Нижнего Новгорода.

Первое, что я хочу, – это поблагодарить Президента за реформу ЖКХ, которая началась ещё в 2007 году с выхода знаменитого Федерального закона № 185. Хотел бы рассказать, поделиться небольшим опытом о своём ТСЖ.

Если возможно, покажите, пожалуйста, несколько слайдов. Когда прошла информация в СМИ (многие, может быть, видели репортажи «Первого канала», канала НТВ), мне многие журналисты, жители других регионов много пишут писем, задают практически один и тот же вопрос: каким образом можно сделать из обычной панельной десятиэтажки с 20-летним пробегом дом мечты, дом-дворец, как его называют, по муниципальным тарифам? Я подчёркиваю, что мы используем только муниципальные тарифы, никаких дополнительных средств на текущий ремонт, капитальный ремонт мы не собираем.

В чём же тут секрет? Я, конечно, не волшебник, но я хочу сказать, что нужно просто придерживаться определённых правил содержания и ремонта ЖКХ. Одно из правил, наверное, очень простое, – это рационально и эффективно использовать денежные средства.

Второе правило – это использовать самые современные энергоэффективные, энергосберегающие материалы.

И третье – это, конечно, соблюдение технологий, которые позволяют содержать дом в хорошем состоянии.

Моя цель была достичь чего – чтобы увеличить межремонтный период в несколько раз. Когда мы используем самые передовые технологии – вместо обычных, скажем, четырёх-пяти-семи лет мы достигаем межремонтный период в 30, 40 и 50 лет.

Когда я недавно был на межрегиональном форуме и встречался со многими управляющими компаниями, они мне говорили: «Такого быть не может – скажем, если крышу мы ремонтируем с периодичностью в пять-семь лет». Но есть такие технологии, которые позволяют сделать крышу, чтобы её ремонтировать в 30 лет.

Когда я задал вопрос: «А вы знаете те материалы, даже те технологии, которые вы используете?» – мне, к сожалению, ответа такого не было. То есть мы используем обычные материалы (скажем, линокром), у которых срок службы семь лет, используем обычный стандартный набор технологий. Но есть материалы, скажем унифлекс, у которого срок службы 15 лет; технопласт, у которого срок службы 25 лет. Если правильно соблюдать технологии, то можно сделать один раз – и больше деньги не тратить на капитальный ремонт.

С чего мы начали? Когда я пришёл в 2003 году в ТСЖ, мы просто-напросто сделали капитальный ремонт всех инженерных сетей, заменили их на полипропилен, у которого срок службы от 30–40 лет и выше. Мы больше не стали выполнять аварийные текущие работы – просто мы стали экономить деньги и использовать для благоустройства дома. Мы установили тепловые приборы учёта, которые позволили нам сэкономить много денежных средств.

Я хочу сказать, если мы будем выполнять указания Президента, которые заложены во многих приказах и федеральных законах: это энергосбережение, Фонд реформирования ЖКХ, – то вопросов не будет и не должно быть. Мы просто должны выполнять законы, исполнять поручения Президента.

В.Путин: Чувствуется, что Михаил Иванович долго может рассказывать про это, потому что он погружён туда, судя по всему, очень глубоко, до деталей всё знает.

М.Швыганов: Меня, в общем‑то, только огорчает один вопрос, который, утверждают журналисты, о том, что я в стране один – первый и, наверное, последний. Последним я не хочу быть.

(Аплодисменты.)

В.Путин: Михаил Иванович, мне, конечно, очень приятно, что Вы вспомнили про 185-й закон от 2007 года. Когда мы думали о его принятии, разрабатывали его, очень много было споров на этот счёт, будет ли он работать, будут ли работать эти ТСЖ в нужном формате или нет. Но то, что Вы делаете, говорит о том, что это возможно и нужно.

Эффективность работы по этому направлению зависит, конечно, от порядочности тех, кто это делает, от профессионализма и уровня, как ни странно, общей культуры. Только человек с высоким уровнем культуры может добиваться таких результатов, которых Михаил Иванович добивается.

Значит, есть запрос у людей жить на уровне вот этого качества, а у кого‑то нет, кто‑то там что‑то подворовывает, не следит за технологическими возможностями и за новыми материалами и так далее. Если человек погружается в проблему, то решение всегда можно найти – так, как Михаил Иванович нашёл со своими коллегами.

Но вопроса нет, как я понимаю, нет и предложения. Есть только пожелание, чтобы все работали так, как это делает Михаил Иванович. (Аплодисменты.)

А.Кузнецов: Владимир Владимирович, как раз, кстати, вопрос об эффективности работы. От вопроса ЖКХ хочется перейти к смежному вопросу – качеству капитального ремонта. Вообще, достаточно сложная проблема, у которой много разных аспектов. Вчера на площадке участники неоднократно говорили о прозрачности и об эффективности работы региональных операторов.

Я хочу предоставить слову Антону Актуганову, руководителю проекта «Домсканер».

А.Актуганов: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

Меня зовут Актуганов Антон, я соруководитель проекта «Домсканер» и координатор добровольческого движения «Волонтёр».

Вчера мне в руки попала такая замечательная книжка – «Стратегия развития ЖКХ. Исполнение Указа Президента Российской Федерации № 600». На последней странице сзади написано: «76 процентов населения удовлетворены качеством жилищно-коммунальных услуг, и уровень удовлетворённости их растёт». То есть, оказывается, 76 процентов населения удовлетворены качеством жилищно-коммунальных услуг. Это по данным НАФИ, то есть что они пишут в книгах.

На самом деле на сегодняшний день, если мы будем смотреть за работой региональных операторов и как они вообще двигаются, мы, ОНФ, провели мониторинг деятельности и увидели, сколько – только что говорили о крыше – стоит ремонт крыши вообще в целом по России. Средняя цена при пересчёте на квадратный метр получилась 988 рублей. Если мы возьмём регион Поволжья и три региона Уральского федерального округа, то получится, что в Пензенской области цена ремонта будет 457 рублей; если мы возьмём Саратовскую область, то стоимость ремонта будет 1381 рубль.

Если мы также возьмём по ремонту фасадов, то в Пензенской области ремонт фасадов будет стоить 133 рубля, а уже в Республике Удмуртия будет стоит 1478 рублей, то есть почти в 11 раз стоимость услуг в Удмуртии, то есть региональные операторы выставляют такую цену нашим жителям, которые там живут, выше, чем там, при том что климатическая зона одна – и всё одно. То есть по факту сейчас на самом деле просто нет механизма, который, с одной стороны, гарантировал бы непосредственно качество проведённых услуг, а с другой стороны – он мог бы гарантировать сохранность собранных средств и их эффективное использование.

На втором «Форуме действий» ОНФ Вы поддержали инициативу Общероссийского народного фронта, где был выделен специальный финансовый контроль за деятельностью этих организаций, потому что на их счетах только за 2015 год собралось более 97 миллиардов рублей, при том чтобы было потрачено только 25. И вопрос такой: куда остальные деньги, что с ними сейчас происходит – их просто кушает инфляция или как?

И, второе, это как раз то, что мы предлагали, – принятие постановления Правительства, которое бы смогло контролировать их закупочную деятельность. Оказалось, что на самом деле те указы и те поручения, которые Вы дали в регионы, по факту где‑то исполнены не полностью, а где‑то с очень большими оговорками. Например, в регионах сейчас вместо непосредственно деятельности по финансовому контролю мы видим только рекомендации регионам по поводу их разработки и утверждения. Если мы пойдём дальше и увидим работу непосредственно по закупочной деятельности, то по факту сейчас есть непринятое постановление Правительства, проект постановления Правительства, который не подписан.

Мы предлагаем для того, чтобы таких перекосов не было, чтобы цена в среднем уравнялась, чтобы таких людей… – и всё это происходило в качественном русле и понятии, ускорить принятие законодательства, которое как раз регулирует эту деятельность. И соответственно необходимый финансовый контроль по этой работе тоже должен быть осуществлён, чтобы в каждом регионе он был обязательным, потому что такими деньгами нужно распоряжаться. Они почти приравниваются к финансовым институтам с такими средствами.

Спасибо огромное.

В.Путин: Вам спасибо. То, о чём Вы сказали, актуально не только для ремонта крыш и вообще ремонта домов, но и для, скажем, подрядных работ и в других сферах, в строительстве. Я уже об этом много раз говорил, примеры приводил, такие же, как и Вы приводите: в одном и том же регионе географически в разы отличается стоимость, допустим, детского сада. Почему, непонятно.

Поэтому то постановление Правительства, которое Вы упомянули и которое должно быть принято в развитие законодательных решений, конечно, должно быть принято как можно быстрее. Коллеги знают об этом в Правительстве, работают над этим. Надеюсь, что после нашего сегодняшнего обсуждения и поднятого Вами вопроса это будет сделано в самые короткие сроки.

А так, безусловно, правильно, нужно самым внимательным образом за этим следить. И, разумеется, такие сетевые структуры, как сейчас модно говорить, как Общероссийский народный фронт, и призваны внимательно за этим наблюдать и вовремя на это реагировать. А постановление, конечно, надо ускорить, Вы правы.

И.Ильдюкова: Владимир Владимирович, теперь перейдём к немного другой теме, тоже проблемной. Мы, конечно, рады проведению форума ОНФ у нас здесь, в Йошкар-Оле, хотя бы ради того, что к Вашему приезду отремонтировано несколько убитых дорог. Тоже тема.

В.Путин: Я, правда, не заметил, где они отремонтированы. Мы с губернатором обсуждали это.

И.Ильдюкова: Тема эффективности госрасходов на дорожное строительство тоже была вчера актуальной на одной из площадок, и были выработаны конкретные предложения. Озвучить их готов Дмитрий Цопов из всероссийского движения «Убитые дороги».

Пожалуйста, Дмитрий.

Д.Цопов: Владимир Владимирович, добрый день! Меня зовут Цопов Дмитрий, я активист движения «Убитые дороги». Вам, наверное, в последнее время задают много вопросов о дорогах.

В.Путин: Вы думаете, что только в последнее время так всё изменилось к худшему? Вы ошибаетесь.

Д.Цопов: Мы сегодня не будем Вас спрашивать о дорогах, не будем просить сделать дорогу. У нас есть предложение, как за те же деньги сделать больше дорог.

Мы в прошлом году провели общероссийское мероприятие «Оценим качество дорог». Мы сняли видеоролик и хотели бы Вас ознакомить с ним. Внимание на экран.

(Демонстрация видеоролика).

Как видно, что за одни и те же деньги можно получить разный результат. Можно тратить деньги эффективно, а можно – нет. Есть, конечно, хорошие примеры: это такие города, как Саранск, Белгород и Ставрополь. Как говорится, где дураков нет, там и дороги хорошие.

(Аплодисменты.)

Вы дали поручение до 2022 года…

В.Путин: Избавиться от дураков? И таким образом решить дорожную проблему. (Смех.)

Д.Цопов: И это тоже. Удвоить объёмы ремонта и строительства автомобильных дорог в два раза. Таким образом, нам нужно построить ещё приблизительно 45 тысяч километров дорог. Очевидно, чтобы выполнить это поручение, средства должны тратиться эффективно.

Но порой этого не происходит. Есть причина: у нас действуют устаревшие нормативы. В своде правил «Автомобильные дороги» из 321 значения 313 – это заимствованные значения 30-летней, 40-летней давности. Например, согласно этим старым нормативам, мы должны строить широкие дороги, хотя, например, в мегаполисах мы могли бы сделать уже полосу движения, таким образом на одном и том же участке увеличив число полос движения, увеличив пропускную способность автомобилей на данном участке. Как вы думаете, зачем нужна ширина обочины на трассе за городом 3,5 метра? Нам некоторые специалисты говорят, что такая широкая обочина нужна для проезда гужевых повозок, другие говорят: нужна для проезда танков.

И, согласно тоже старым нормативам, мы должны строить мосты с разрешённой допустимой нагрузкой 110 тонн. Понятно, когда такие мосты строятся на федеральных трассах, в мегаполисах, но когда это происходит в деревне… Например, недавно в Ярославской области был построен мост в деревню, его цена составляет 56 миллионов рублей. В деревне проживает десять человек. Мост там есть, а дорог там нет.

К слову, о дорогах. Минтранс разработал свод правил для автомобильных дорог с низкой интенсивностью движения. Этот свод правил нацелен на экономию бюджетных средств при строительстве дорог в сельской местности. Но Минстрой говорит, что это не соответствует своду правил «Автомобильные дороги», который распространяется как на дороги федерального значения, так и на сельские дороги.

В итоге свод правил не работает, и мы строим сельские дороги точно так же, как и федеральные. По мнению экспертов, мы могли бы здесь экономить почти в 1,5–2 раза больше средств.

Нужно ещё сказать, что есть некоторые ГОСТы, которые нацелены не на удешевление, а на удорожание. В частности, это ГОСТ, касающийся дорожной разметки. Сейчас гарантия на дорожную разметку составляет всего три месяца, а раньше составляла полгода. Технологии совершенствуются, краски становятся лучше, но подрядчики просто не заинтересованы делать качественную разметку – им достаточно нанести, чтобы она продержалась всего три месяца.

Владимир Владимирович, хочу Вас попросить, чтобы Вы дали поручение решить вопрос со старыми нормативами. Спасибо.

В.Путин: Вопрос не новый, но продолжает быть актуальным. Должен сказать, что мы это обсуждали с коллегами в течение нескольких лет, а воз нельзя сказать, что он и ныне там, по этой части он едет, которая для него предусмотрена, движение есть, но очень медленное. Хотя должен вас проинформировать о двух вещах как минимум.

Первое. Правительство приняло так называемую дорожную карту по применению новейших технологий в области дорожного строительства и капитального ремонта. Это Минтранс.

А Правительство сейчас готовит информационную систему, в которой должна отражаться вся информация, связанная с тарифами, стоимостью и тому подобной информацией при строительстве и ремонте дорог, чтобы можно было сравнивать – как коллега здесь говорил про ремонты крыш, то же самое про капремонты дорог и строительство, сравнивать, где, что и сколько стоит. Вот эти две вещи чрезвычайно важны.

И, безусловно, эти устаревшие ГОСТы должны быть пересмотрены, и как можно быстрее. При современных материалах они совершенно неэффективны, только делают дороже, Вы правильно сказали, и делают эту работу низкоэффективной, малоэффективной.

И наверняка Вы слышали, что я предложил во время телевизионной «Прямой линии», где мы договорились, и Правительство это поддержало: один рубль из повышенных акцизов на дороги будет направлен в региональные дорожные фонды с тем, чтобы увеличить финансирование. А все средства, чего раньше не было сделано, будут окрашены именно для капитального ремонта, как и предусмотрено в уставах этих дорожных фондов.

И так, что для объективности нужно добавить, что федеральные трассы всё‑таки приводятся в нормативное состояние, и достаточно последовательно. Если, скажем, по‑моему, в 2010 году 61 процент федеральных трасс нуждался в капитальном ремонте, то сейчас 64 процента находятся в нормативном состоянии.

Но главная проблема у нас даже не в этом – главная проблема в региональных и муниципальных дорогах, а их в разы больше по протяжённости, в разы больше, чем федеральных трасс. И Ваши предложения, безусловно, улучшат, должны улучшить ситуацию в этой сфере.

Спасибо. Обязательно сформулируем ещё поручение Правительству.

А.Кузнецов: Мы вчера обсуждали много вопросов, связанных с экономикой и импортозамещением, и все коллеги согласились с тем, что, например, рыбохозяйственная отрасль имеет огромный потенциал для развития.

И так как наша страна богата водными ресурсами, и есть предприниматели, которые готовы в эту инфраструктуру инвестировать, однако есть некоторые ограничения, и о них хотел рассказать Руслан Гизатуллин, глава крестьянского хозяйства из Марий Эл.

Р.Гизатуллин: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

Хочу Вам сразу выразить большое спасибо за то, что Вы уделяете рыбохозяйственному комплексу большое внимание. Хочу рассказать Вам о том, что наша республика, как и многие регионы, богата большим обилием прудов, и прудовое рыбоводство – это ведь у нас не только импортозамещение и качественная рыба, которая является доступным продуктом питания для большинства жителей. Она гораздо полезнее, чем морская рыба. Это научно доказано.

Многие рыбоводы, в том числе и я, очень надеялись на то, что закон об аквакультуре, принятый относительно недавно, отрегулирует нашу деятельность. Но получился совершенно обратный эффект. На законодательном уровне ушло понятие, как «прудовое рыбоводство», чем мы в принципе привыкли заниматься и чем до этого занимались все мои коллеги. Сейчас пруды назвали малыми водохранилищами. И всё то, что мы делали, то, что мы зарыбляли, мы не можем эту рыбу использовать. То есть в следующем году наше хозяйство, состоящее из 14 запруженных водоёмов, готово предоставить на прилавки 360 тонн рыбы. Но дело в том, что закон сейчас нам не позволяет эту рыбу вылавливать.

Мы не можем вести хозяйство, как вели раньше. Мы не можем спустить пруд, мы не можем его почистить, мы не можем избавиться от сорной рыбы, и тем более мы не можем использовать средства массового вылова.

Если мы будем ловить сетью, нас будут считать браконьерами, так как в принципе рыба там не только та, которую мы запустили, есть общая рыба. Спустить пруд тоже мы не можем, будут ругаться пожарники, МЧС. В принципе это достояние поселения, где находится этот водоём.

Хотелось бы попросить у Вас, чтобы Вы обратили на это внимание и дали поручение профильному управлению для изменения закона об аквакультуре для внесения туда определённых поправок для того, чтобы внести хотя бы какие‑нибудь определённые нормативы по использованию водоёмов, по площади использования, как его можно использовать, чтобы были у нас какие‑то полномочия в управлении этим водоёмом.

Большое спасибо.

В.Путин: Руслан, это тот случай, когда можно применить нашу известную поговорку: «Гладко было на бумаге, но забыли про овраги». О чём речь? Вы сейчас упомянули о законе об аквакультуре. Конечно, принимался он для того, чтобы улучшить регулирование в этой сфере деятельности. Безусловно, очень важный для нас, потому что не знаю, в какой ещё другой стране лучше условия для этого вида деятельности, для аквакультуры. Мы со всех сторон окружены морями, океанами, у нас величайшие в мире реки, огромные озёра – в общем, идеальные, казалось бы, условия. Но, действительно, проблема возникла в связи с тем, что приняли этот закон об аквакультуре, а он вступил в противоречие – не додумали, когда готовили его, – с Водным кодексом. В соответствии с этим Водным кодексом вам сдавали местные региональные власти вот эти объекты, пруды – как вы их назвали, в долгосрочную аренду, бессрочную и так далее, и вы имели право на проведение хозяйственной деятельности, чем вы и занимаетесь до сих пор, и, слава богу, что занимаетесь.

Но непонятно, что такое «пруд», не прописано как следует в некоторых законных актах. Вообще пруд – это водный объект, со всех сторон окружённый землёй и не имеющий связи с другими водными объектами. Когда приняли новый закон, то все пруды попали в разряд объектов федеральной собственности, и сразу у вас возникли проблемы.

Эти проблемы соответствующему ведомству, которое занимается этой сферой деятельности, известны, и оно, это ведомство, вас полностью поддерживает. Здесь не должно быть никаких проблем. Вопрос только в скорости принятия соответствующих решений. Надеюсь, нас Шестаков услышит и в ближайшее время сможет (а если ему будет тяжело, я помогу) продвинуть эти решения и на правительственном, и, если потребуется, на законодательном уровне для того, чтобы урегулировать эту нестыковку между двумя законами. А так Вы абсолютно правы, нужно сделать всё, и как можно быстрее, чтобы не мешать вам работать, а наоборот, помочь.

И.Ильдюкова: Владимир Владимирович, в продолжение темы у нас есть ещё один вопрос, касающийся рыболовства, но уже частного. Речь идёт о многострадальном законе о рыбалке. Слово Сергею Карпову из Самарской области. Пожалуйста, Сергей.

С.Карпов: Карпов Сергей, председатель общественной организации «Рыболовы Самарской области», Самарская область.

Владимир Владимирович, в 2011 году Вы поручили Правительству и Государственной Думе обеспечить право граждан на бесплатную рыбалку. Более двух лет велась работа над проектом закона о любительском спортивном рыболовстве. В конце концов, в декабре 2013 года закон, устраивающий практически все стороны, был принят в первом чтении Государственной Думой, и на 2014 год уже был в проекте к принятию в двух чтениях.

В 2014 году провалили приём. Активно велась работа над поправками в закон в 2015 году – не приняли, 2016 год – вообще не слыхать про закон. Во многих регионах России с рыболовов-любителей собирают деньги за рыбалку, а закон где‑то потерялся в Думе; честно говоря, и мы не знаем его судьбу.

Хотелось бы, чтобы Вы как‑то подтолкнули, что ли, помогли рыболовам-любителям. Мы же знаем Ваше отношение к нам, Вы и сами наш человек, честно говоря. Поэтому мы очень Вас просим. От лица всех рыболовов России, наверное, я здесь говорю.

В.Путин: Вы сказали, что подготовлен проект закона, который всех устраивает, а после первого чтения он почему‑то завис. Значит, не всех устраивает, иначе бы он давно прошёл.

На сегодняшний день ситуация такая, что никто не имеет права ни с кого брать деньги за любительскую рыбную ловлю в открытых водоёмах, если эти водоёмы не взяты кем‑то в аренду и не эксплуатируются в производственном плане, не используются как бизнес для того, чтобы привлекать желающих порыбачить именно там, где рыба разводится в рыборазводных предприятиях. Во всех открытых водоёмах никаких ограничений нет и быть не может. Если кто‑то деньги где‑то берёт – это незаконно.

Поэтому Общероссийский народный фронт должен на это внимательно посмотреть. Я прошу вас это сделать, если действительно что‑то где‑то происходит подобное, нужно быстро реагировать. Уверяю вас, мы быстро поправим тех, кто это делает.

А что касается закона, то, конечно, его надо, если там есть какие‑то проблемы, я ещё поинтересуюсь, выясню, что там происходит, я ведь его и остановил тогда только потому, чтобы людям не мешали отдыхать нормально. А то сейчас скоро и за воздух деньги брать будут. Поэтому, если вы видите, что какая‑то проблема существует по сути, а не потому, что его держат, – а почему его держат? – давайте ещё раз вернёмся к этому и доработаем его.

С.Карпов: Владимир Владимирович, Общероссийский народный фронт сделал два визита в Самарскую область – единственную в России область, где расформированы все до одного участка для любительского и спортивного рыболовства на реках. По всей стране такие участки существуют, и деньги там собираются за рыбалку.

В.Путин: Это неправильно. У нас мораторий введён на оплату любительской рыбной ловли, повторяю, кроме мест, где бизнес берёт в аренду и использует как рыборазводные предприятия, и туда можно приглашать кого‑то, кто хочет за деньги порыбачить. Поэтому мы проверим это, я поручу это прокуратуре сделать обязательно.

С.Карпов: Спасибо большое.

В.Путин: А закон надо дорабатывать и принимать, конечно.

А.Кузнецов: Ещё одна отрасль, которая имеет большие перспективы, особенно для наших регионов, кстати, Станислав Сергеевич упомянул, – это внутренний туризм. Я бы хотел предоставить слово Дмитрию Кубанкину и Ирине Кандигаровой.

Д.Кубанкин: Добрый день, Владимир Владимирович! Саратовский областной музей краеведения, археолог Дмитрий Кубанкин.

Ещё Михаил Васильевич Ломоносов сказал, что «народ, который не знает своего прошлого, не имеет будущего». Сохранением прошлого на местах во многом занимаются краеведческие музеи. Я глубоко убеждён в том, что они не могут развиваться без поддержки государства, ибо выполняют государственные задачи далеко не коммерческого характера.

Варианты есть различные, в том числе и гранты. Знаю, что в апреле Вами подписан Указ о создании фонда «История Отечества», его задача – изучение, сохранение и, прежде всего, популяризация исторического наследия. Конечно, хотелось бы увидеть там и раздел, посвящённый краеведению, в том числе краеведческим музеям.

В свою очередь музеи, конечно же, должны соответствовать запросам современного общества, современного государства, участвовать в развитии региона и в том числе в развитии внутреннего туризма. Такую задачу мы себе поставили ещё в 2012 году, когда решили, что недостаточно только проводить ежегодные раскопки на Увекском городище, это южная окраина города Саратова, безумно любимый мною археологический памятник, где ранее располагался средневековый город Укек. Мы решили проводить там ещё и фестиваль исторической реконструкции – один день из жизни средневекового города. Проводим его уже четыре года вместе с администрацией города, области и частными партнёрами. Благодаря реконструкторам, которые занимаются таким направлением, как живая история (это быт, по сути дела), эта история стала нам ближе, понятнее и интереснее, а вместе с ней становятся более понятными и уроки прошлого.

Один из этих уроков гласит, что наша земля исконно многонациональна, и не надо тянуть одеяло на себя, хватит всем, это наша общая земля и наша общая история.

С такой идеей, как и с самим фестивалем, мы выступили на ярмарке событийного туризма в Москве в 2014 году, всероссийская ярмарка, получили первое место в номинации «Историческая реконструкция». В 2015 году получили грант Президента, и это позволило нам значительно расшириться. В итоге начинали мы первый фестиваль – 2–3 тысячи посетителей за один день, а в прошлом году уже было 27 тысяч.

В связи со всем вышесказанным у меня к Вам, Владимир Владимирович, два предложения. Первое. Мы приглашаем Вас на фестиваль «Историческая реконструкция», который состоится в Саратове 3 сентября 2016 года. Поверьте, это интересно – погружение в живую историю, соприкосновение с прошлым. Будем рады Вас видеть.

И второе предложение касается поддержки краеведческих музеев. Очень бы хотелось видеть либо отдельный фонд, либо какое‑то направление у этого фонда, связанное именно с поддержкой краеведческих музеев и краеведческого движения.

Спасибо за внимание.

В.Путин: Дмитрий, Вы занимаетесь очень важным и, безусловно, очень интересным делом. К месту, конечно, Вы вспомнили и Ломоносова. Без всяких сомнений, если человек не знает того места, где живёт, то интереса к этому месту, а значит, и такого глубокого чувства патриотизма у человека никогда не возникнет.

Здесь есть некоторая нестыковка между значимостью и подчинённостью, потому что краеведческие музеи – это, как правило, учреждения регионального или муниципального подчинения. Надо в этой связи подумать о различных вариантах и способах поддержки.

Я сейчас не буду забегать вперёд и сейчас Вам начать обещать, что мы выделим такие‑то, такие‑то суммы из федерального бюджета, но мы точно на эту тему подумаем.

А за приглашение Вам большое спасибо. Постараюсь.

И.Кандигарова: Здравствуйте! Меня зовут Ирина Кандигарова, я туроператор по внутреннему и въездному туризму из Тюменской области.

Я соглашусь с Дмитрием – действительно, у нас огромный потенциал внутреннего туризма. Для начала хотела бы показать, если позволите, несколько слайдов. Мы с аудиторией проводили такой эксперимент. Мы показывали эти слайды, не подписывая их, и спрашивали: «Как вы думаете, где эти места находятся?» Мы получали, какие угодно ответы, но только не в России.

Если говорить в целом, в России находится 26 объектов всемирного наследия ЮНЕСКО. Мы мало говорим о таких местах, мало их продвигаем.

2016 год – Год российского кино. Совсем недавно вышел фильм «Территория», события которого развиваются на плато Путорана, что в Красноярском крае. Кто из сидящих в зале знает что‑то об этом месте, как туда проехать, что там посмотреть? Информации очень мало.

В связи с этим моё первое предложение. Владимир Владимирович, дайте, пожалуйста, поручение, домашнее задание губернаторам, главам муниципалитетов, мэрам городов, пусть они подготовят видеоинформацию, фотоматериалы своих территорий и интенсивнее продвигают их в СМИ.

И ещё небольшое замечание. По моему личному наблюдению, Вы единственный из представителей власти, кто интенсивно продвигает внутренний туризм на своём личном примере, путешествуя по стране. Хотелось бы, чтобы Ваши коллеги поддержали Вашу инициативу и также показывали нам, как можно красиво и здорово отдыхать в родной стране. Спасибо.

В.Путин: Я третий год собираюсь поехать на плато Путорана. Я, наверное, отношусь к числу тех в этом зале, кто знает, где это находится и как туда добраться. К сожалению, времени не хватает, но обязательно это сделаю.

Что касается домашнего задания для руководителей регионов, то оно есть, у нас даже есть Федеральная программа поддержки внутреннего туризма. По‑моему, там уже деньги закончились, но это не значит, что закончились мероприятия, которые ею предусмотрены. Мы будем это, безусловно, продолжать, особенно сейчас, когда в известных условиях есть сложности, скажем, с посещением тех мест, к которым наши люди привыкли, я имею в виду Египет, где рады бы нас видеть, но я думаю, что ещё многое нужно сделать местным властям для обеспечения безопасности, или Турцию, с которой у нас сложились известные отношения не по нашей вине, где власти, к сожалению, не справляются пока с притоком различных бандформирований из ближайших стран, потому что, похоже, находятся с ними в контакте.

Но внутренний туризм у нас неисчерпаем, он просто безграничен. Нужно только создавать условия, потому что просто так пригласить куда‑нибудь на какое‑то озеро, до которого не дойти, не долететь, не доехать, и показать картинки, что там красиво, этого недостаточно. Нужно, чтобы люди смогли туда добраться комфортно и могли там провести время, пользуясь современными благами путешественника. Вот этому и была посвящена программа развития внутреннего туризма, где предусматривались, я сейчас боюсь ошибиться, но достаточно приличные деньги на развитие инфраструктуры, на субсидирование частной инициативы по созданию мест отдыха.

Очень неплохо, скажем, эта программа пошла на Алтае, в Горном Алтае, в некоторых других субъектах Российской Федерации. Но этого, конечно, – имея в виду масштабы нашей страны – недостаточно. Мы обязательно будем двигаться по этому направлению дальше.

И.Ильдюкова: Владимир Владимирович, наши регионы Поволжья, Урала издревле славятся производством вкусного и полезного мёда. Наш продукт продаётся не только у нас в стране, но и за рубежом. Но, к сожалению, на внутреннем рынке конкуренцию ему составляет продукция низкого качества. Как мы вчера выяснили на площадках, виной этому – несовершенство законодательства. О проблемах пчеловодов расскажет один из производителей мёда Дмитрий Николаев. Пожалуйста, Дмитрий.

Д.Николаев: Добрый день, Владимир Владимирович и уважаемые присутствующие!

Меня зовут Николаев Дмитрий, я из города Анжеро-Судженск Кемеровской области. На моём предприятии в пчелохозяйстве трудится 120 пчелосемей. Моя жена и мои семеро детей там работают.

В.Путин: Вы поняли, как мёд действует? (Смех.) Рекомендую, целебные свойства мёда показаны на практике – супер!

Д.Николаев: На моём предприятии ещё трудятся также 8,5 миллиона пчёл. Я являюсь крупнейшим работодателем, одним из крупнейших. Сегодня моё предприятие добывает и производит более пяти тонн мёда пока. Нами активно интересуются иностранные покупатели. Мы сотрудничаем, сейчас начали сотрудничать и с японскими, и китайскими, и американскими, и канадскими дистрибьюторами, которые закупают наш российский мёд.

В целом Россия входит в десятку крупнейших производителей мёда. И, практически полностью покрывая внутренние запросы, мы имеем возможности, пчеловоды, поставлять свою продукцию на Запад, на экспорт. Мы имеем в этом огромнейший потенциал и желание, что самое главное, наше. Но согласно международным законам мы, поставщики своей продукции, должны соблюдать ветеринарные требования той страны, куда поставляем. А они в большинстве стран очень жёсткие. И мы их, конечно же, выполняем.

Но наряду с этим и с тем изобилием на нашем рынке мёда на нашем рынке много случается случаев фальсифицированной продукции. Полки и гипермаркетов, и так называемых ярмарок завалены продукцией, в которую входит «мёд» в кавычках, но в нём всевозможные усилители вкуса, всевозможные красители, там такие цвета, которые не могут быть. Допустим, мёд с маточным молочком, и он белый. Сколько надо тогда маточного молочка влить, чтобы он стал белым? Или мёд с прополисом – зелёный. Здесь, понятное дело, что происходит.

И ещё к этому же добавляется такая опасность, что из‑за того, что наши существующие ГОСТы сегодня не могут отличить настоящий мёд добросовестных пчеловодов от мёдосодержащей продукции или недоброкачественной продукции, на наш рынок может заходить из иностранных государств не совсем качественный товар. Здесь тоже такой момент есть. А ведь любое попадание в мёд любых примесей, или любое какое‑то механическое воздействие на него, или изменение его свойств должно исключить попадание на маркировку или на этикетку товара слова «мёд», а называться должно, как это принято в других сферах, «мёдосодержащая» или «медовая продукция».

В связи с этим, Владимир Владимирович, у нас, пчеловодов России, потому что за мной стоят сотни тысяч пчеловодов, многие меня знают, – я говорю про пчеловодов, а мне здесь говорят, что ещё миллиарды пчёл стоят, – мы предлагаем, или мы просим, чтобы доработать уже существующие ГОСТы, чтобы было какое‑то распоряжение, и внести в них чёткие критерии, отделяющие мёд от мёдосодержащей продукции, и сформулировать требования к качеству и безопасности продукта. Потому что у пчеловодов есть ещё, я сейчас не буду о них говорить, много проблем очень важных, которые бы помогли нам развиваться, сделать этот рывок на экспорт и на внутренний рынок, на качество.

Я уверен, если мы с Вашей помощью это начнём делать, тогда, как я уже неоднократно шутил, но в каждой шутке есть доля шутки, а остальное всё правда, мы, пчеловоды России, можем, возможно, проложить рядом с нефтегазовыми трубами свои медовые и залить Запад нашим русским качественным, прекрасным мёдом.

Спасибо за внимание.

В.Путин: Дмитрий, Вы сказали по поводу того, что на наш рынок поступает некачественная продукция из других стран. Какие Вы имели в виду?

Д.Николаев: Вы знаете, я очень осторожно скажу.

В.Путин: Говорите прямо, здесь все свои.

Д.Николаев: Китайская Народная Республика – под видом сиропа. Знаете, Владимир Владимирович, ещё есть такие сейчас: понимаете, они иногда закупают наши предприятия – допустим, в Алтайском крае было так, и уже под видом алтайского мёда… Это вредит напрямую тем же алтайцам, бренду. Такие моменты очень сильно вредят нашему имиджу. Но есть ещё и внутренние проблемы.

В принципе продукт, пусть это будет медовый сироп, пусть это будет какой‑то медовый продукт, допустим мёд кондековый или мёд ещё какой‑то, которого в природе даже не существует, но пусть это не мёд будет, а пусть это будет медовые продукты. И люди за него пускай не платят, допустим, по тысяче рублей за литр, а он стоит соответственно столько, а мёд чтобы обрёл именно уникальную, легендарную составляющую.

В.Путин: Вы сами знаете, что касается мёда и проблем, о которых Вы сказали, они не оригинальны. То же самое недавно мы обсуждали, по‑моему – тоже на телевизионной «Прямой линии», в отношении молочной продукции, в которую при производстве сыров и прочей продукции добавляют пальмовое масло, и это вызывает, естественно, правильные нарекания со стороны добросовестных товаропроизводителей.

То же самое и мёда касается. Насчёт китайского мёда, думаю, что Вы ошибаетесь, потому что китайский мёд сократился на нашем рынке раза в три за последние несколько лет, а основной мёд к нам поступает как раз из тех стран, где технические регламенты весьма высокие: это Австрия, Франция, европейские страны. Для того чтобы нам отрегулировать этот вопрос, нам нужно теперь его решать на уровне Евразийского экономического союза, у нас должен быть единый регламент.

Вместе с тем я предвижу определённые сложности для того, чтобы продвигать этот товар на другие рынки, в том числе на европейские, потому что при всей своей внешней приверженности открытию рынков наши европейские коллеги по очень многим позициям свой рынок закрывают, как раз используя различные уловки, в том числе и технические регламенты. Тем не менее работать можно, и мы будем работать. Я обязательно такое поручение соответствующим нашим структурам дам. А какие структуры? Это Минсельхоз. Пусть они поработают и в рамках Евразийского экономического союза, и Евросоюза, пусть с коллегами поработают и выработают единые стандарты и технические регламенты.

У нас мёд производится в основном населением, где‑то до 90 процентов мёда производится в стране населением. Но надо отработать эти вещи, я согласен. Давайте поработаем. Главное, чтобы там не было никакой химии, чтобы люди наши знали, что покупают. И, безусловно, нужно будет в этих технических регламентах отразить всю составляющую, чтобы ни лекарств не было дополнительных, которыми пчёл пичкают, ни сахара, ни красителей, как Вы сказали. Я первый раз услышал, что какие‑то в мёд добавляют ещё, оказывается, усилители вкуса. Какие могут быть у мёда усилители вкуса, я не понимаю. Но Вам виднее, наверное. Давайте поработаем. Точно совершенно обещаю, такое поручение дам Правительству, Минсельхозу.

Д.Николаев: Большое спасибо.

А.Кузнецов: Беспокойство ОНФ вызывают регулярные попытки приватизировать важные государственные предприятия за бесценок. И каждый раз это достаточно сложная история и сложная ситуация с множеством заинтересованных сторон. Я хотел бы предоставить слово руководителю проекта ОНФ «За честные закупки» Анастасии Муталенко.

А.Муталенко: Владимир Владимирович, здравствуйте!

Анастасия Муталенко, руководитель проекта «За честные закупки». Сегодня я хотела бы обратить Ваше внимание на такую важную проблему, как приватизация государственного имущества.

Вы помните, в прошлом году мы неоднократно к Вам обращались с яркими примерами того, как за копейки в регионах распродаётся государственное имущество. Тогда мы все наши инициативы направили в Правительство, но, к сожалению, сегодня никаких изменений нет. И до тех пор, пока поправки в Федеральный закон № 178 не будут приняты, мы будем продолжать фиксировать случаи неэффективной приватизации в регионах.

Один из последних ярчайших примеров – это, конечно, приватизация Вологодского молочного завода. Это предприятие выставили на торги за смешную по отношению к заводу цену один миллиард рублей. Предприятие было выставлено на торги в начале 2015 года.

На медиафоруме в прошлом году к Вам обратилась журналистка из Вологды и попросила как‑то повлиять на эту ситуацию. Тогда, спасибо Вам огромное, удалось остановить и отменить торги. Вы тогда дали поручение Счётной палате провести проверку. В течение года эта проверка прошла, и самое интересное, что Счётная палата не обнаружила финансовых причин для приватизации этого государственного завода. Более того, Счётная палата подтвердила выводы активистов Народного фронта о том, что те документы, по которым Вологодский завод попал в список на приватизацию, финансово необоснованны.

В течение года мы много работали на площадках и Министерства экономического развития, и Минсельхоза, разработали план развития этого завода, но в конце года его снова выставляют на торги за ту же самую стоимость один миллиард рублей.

Чтобы понимать, что такое Вологодский завод, – во‑первых, это традиционный вкус настоящего вологодского масла. «Вологодское масло» – сегодня это единственный бренд, который принадлежит государству. Это динамично развивающееся предприятие, это 500 человек сотрудников. На Вологодском молочном заводе уровень заработной платы выше, чем средняя в регионе, ни разу не было задержек заработной платы. В прошлом году это три тысячи тонн сливочного масла.

Сегодня показатели Вологодского завода по сравнению с показателем 2005 года выросли в десять раз, сегодня более 220 тонн молока принимает Вологодский завод и обрабатывает его. И, самое главное, около 2,5 миллиарда рублей вложено в модернизацию оборудования. Я была на этом предприятии, там нет ни одного ржавого гвоздя.

В конце года поднялась общественность, собрали более 100 тысяч подписей в поддержку отмены приватизации этого уникального опытного завода, подключились соседние регионы, подключились представители из других сельскохозяйственных предприятий и заводов, проходили в Вологде неоднократно митинги. Но что мы видим сейчас? Да, торги снова отменили, но сегодня Минэкономразвития и другие предприимчивые люди выбрали другую форму – форму инвестиционного привлечения инвестиционного консультанта.

Абсолютно непрозрачная форма, в результате которой мы не понимаем, за сколько будет продан этот завод, кому он будет продан и, самое главное, зачем такое продавать. Ведь уникальность этого завода в том, что молочный Вологодский завод работает в тесной связке с [Вологодской] молочнохозяйственной академией имени Верещагина – той самой академией, которая уже более ста лет выпускает высококлассных профессионалов молочной отрасли. Сегодня работодатели в очередь выстраиваются: на сто выпускников молочной академии – 114 заявок от работодателей. У этих студентов есть уникальная возможность: они с первого курса изучают не только теорию, но и проходят непосредственно практику на самом заводе.

Владимир Владимирович, мы хотим к Вам обратиться, попросить: дайте такое поручение, как Вы умеете, чтобы наконец отстали от Вологодского завода (Аплодисменты.), потому что предприятие уже более 2,5 года работает в состоянии постоянной проверки. С продажей и приватизацией такого завода мы можем потерять не только настоящий традиционный вкус вологодского масла, но и уникальную кузницу кадров.

Спасибо.

В.Путин: Мне сейчас не нужно, наверное, говорить о том, для чего вообще проводится приватизация. Это делается прежде всего для структурных изменений в экономике с целью повышения качества работы, эффективности работы тех или иных предприятий либо отраслей производства, целых отраслей. Но, конечно, всё должно быть обоснованно и, безусловно, должно проходить в нужный момент и по нужным ценам. Если вы говорите, что в оборудование было вложено – сколько вы сказали?

А.Муталенко: Два с половиной.

В.Путин: 2,5 миллиарда, а цена там миллиард. Но я бы сейчас не стал здесь никого подозревать в каких‑то кознях, потому что это может быть стартовой ценой – миллиард, и когда происходят торги, то она может улететь и в пять, и в шесть, и в семь. А если она останется слишком низкой, то организатор торгов может торги приостановить.

Но дело не в этом, а дело в том, что если это действительно такое предприятие, которое демонстрирует эффективную работу, то, конечно, возникают в этой связи вопросы, которые Вы сейчас и сформулировали, и которые мне нет необходимости повторять. Счётная палата не определяет политику в сфере приватизации, это делает Министерство экономического развития, но, безусловно, Счётная палата работает очень квалифицированно, грамотно.

И, прежде чем предпринимать какие‑то шаги в этой сфере, не грех посмотреть на результаты этой проверки. Я Вам обещаю точно, что я это сделаю, обязательно поговорю, посмотрю эти результаты. Никакой спешки здесь точно не будет. А может быть, и действительно Правительство снимет это из своих перспективных планов хотя бы на ближайшее время.

Понимаете, когда вопрос идёт о приватизации, вы наверняка тоже это знаете, я исхожу из того, как это часто было в 1990-х годах, когда просто брали какое‑то предприятие или булочную и открывали бог знает чего, а людям и за хлебом некуда сходить. Есть ведь определённые условия, связанные с приватизацией: это касается и качества выпускаемой продукции, это касается трудового коллектива – целый набор. Но даже в этом случае, конечно, нужно внимательно смотреть, есть смысл в этом или нет. Так, как Вы рассказываете, на мой взгляд, смысла нет, но давайте внимательно ещё раз посмотрим, хорошо?

А.Кузнецов: Владимир Владимирович, оказывается, Республику Марий Эл и Вас связывает одна история длиною в десять лет. Позвольте предоставить слово Ольге Рябко.

О.Рябко: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

Очень приятно с Вами встретиться. Меня зовут Ольга Рябко, я живу в Республике Марий Эл, посёлок Медведево.

Когда‑то давно во время Вашей второй линии общения со страной я писала письмо от имени своей бабушки, у которой на тот момент были проблемы с получением гражданства, с начислением пенсии. Я написала в прямой эфир, и проблема решилась буквально за несколько дней. Бабушка ещё много лет прожила, благополучно дожила до ста лет, увидела правнуков.

Сегодня я бы хотела от своей семьи, от себя сказать Вам большое спасибо за помощь и подарить вот такой сувенир, сделанный моими руками. Это обереговая кукла, которую я называю по имени моей бабушки, – баба Катя. Это оберег-хлебодарница, на благополучие и достаток. (Аплодисменты.)

В.Путин: Спасибо.

И.Ильдюкова: Владимир Владимирович, мы на форуме обсуждали наиболее успешные инициативы и проекты, получившие общенародную поддержку. У Александра Юдина из Башкирии есть вопрос к Вам лично.

Пожалуйста, Александр.

А.Юдин: Здравствуйте, Владимир Владимирович! Меня зовут Александр Юдин, я из Республики Башкортостан, представляю общественное движение «Волонтёры Победы».

Сам я из города Октябрьский, являюсь правнуком участника Великой Отечественной войны. В прошлом году, в юбилейный год 70-летия Победы, я, как и миллионы наших граждан по всей стране, принимал участие в народном шествии «Бессмертного полка». Очень было приятно, что Вы тоже лично приняли участие в данном шествии.

И сегодня, когда мы очень часто слышим призывы пересмотреть нашу историю, принизить роль Советского Союза и нашего народа в деле Победы, я считаю, что мы должны помнить каждый день и никогда не забывать героический подвиг наших предков, которые совершили в этом деле. Мы делаем один проект – и хоть делаем маленькое, но, как нам считается, важное дело. С Вашего позволения я бы вручил итог этого проекта.

И ещё меня, как и миллионы граждан нашей страны, интересует один вопрос, даже два. Владимир Владимирович, шествие «Бессмертный полк России» станет ли традиционной народной частью парадов Победы в нашей стране? И примете ли Вы участие в нём в этом году?

Спасибо.

В.Путин: Во‑первых, полностью согласен с Вашими оценками. И дело не в каком‑то нашем общенациональном снобизме, когда мы говорим о Великой Победе во Второй мировой войне и в Великой Отечественной войне. Это вопрос абсолютно принципиальный и содержательный. Но прежде всего мы вправе гордиться тем, что было сделано нашими предками, сделано было нашей страной.

И второе, не менее важное и не менее актуальное. Когда мы вспоминаем об этих трагических и героических годах, мы должны сделать всё для того, чтобы ничего подобного в истории нашей страны, в истории всего мира не повторилось. Здесь уже говорили: без знания истории невозможно выстроить своё отношение к будущему. Поэтому мы это делали и будем делать.

Теперь по поводу того, будет это традицией или нет. Ведь эта инициатива, «Бессмертный полк», родилась изнутри, из народа. Она не была какой‑то административной задумкой. Кстати говоря, и я‑то участвовал в прошлом году, принял решение в самый последний момент, я не знал, получится у меня или не получится. Выбрал ещё фотографию отца, которая рядом была. Этого не было запланировано даже в моём графике. Поэтому мне бы не хотелось, чтобы то, что идёт от сердца каждого человека и от сердца всего народа, было забюрокрачено. Но если это движение будет развиваться и станет традиционным, мы точно его поддержим всеми имеющимися у нас средствами.

А что касается моего участия, я ещё должен посмотреть. То есть я сердцем всегда, я член этого полка, безусловно. Но как у меня там сложится график, он ведь довольно насыщенный, я посмотрю. Но, безусловно, так или иначе я буду с теми, кто пройдёт по своим городам, посёлкам, по улицам, вспомнит о своих родственниках, о погибших и ещё о живых и скажет им спасибо, до земли поклонится победителям в этой страшной мировой бойне, поклонится тем, кто грудью встал на защиту своего Отечества.

А.Кузнецов: Владимир Владимирович, оптимизация государственных расходов коснулась такой очень чувствительной для населения сферы, как обеспечение и закупка лекарственных препаратов из перечня жизненно необходимых. В этой связи как у граждан, так и у врачей возникает множество вопросов и особое беспокойство.

Я бы хотел предоставить слово Юлиане Зейтулаевой.

Ю.Зейтулаева: Здравствуйте! Меня зовут Юлиана Зейтулаева, я врач-педиатр, Республика Марий Эл.

Уважаемый Владимир Владимирович!

Ежедневно работая с маленькими пациентами, Вы прекрасно понимаете, что мы сталкиваемся с детьми с тяжёлыми заболеваниями, которые нуждаются в длительном получении лекарственных препаратов. Благодаря государственной поддержке наши пациенты обеспечиваются жизненно необходимыми и дорогостоящими лекарственными препаратами.

В 2016 году федеральный бюджет был секвестирован на 10 процентов, и это не может не отразиться на лекарственном обеспечении наших пациентов. Мы уже сейчас обеспокоены тем, что, возможно, в четвёртом, а даже, может быть, и в третьем квартале 2016 года наши маленькие пациенты не получат лекарственных препаратов в полном объёме.

Прекрасно понимая достаточно сложную финансовую ситуацию в нашей стране, мы всё‑таки хотим обратиться к Вам, попросить обратить внимание на данную проблему и сохранить федеральное финансирование лекарственного обеспечения в первоначально запланированном объёме.

Спасибо.

В.Путин: Я уже несколько раз вспоминал сегодня о телевизионной «Прямой линии». В ходе её подготовки – а мы же делаем это как? – вопросы начинаем собирать где‑то за неделю, и через три-четыре дня становится очевидным, какие вопросы прозвучат в прямом эфире, потому что они повторяются. Наиболее важные вопросы, беспокоящие, волнующие людей, собираются в группы, и ясно, так или иначе вопросы прозвучат. Один из них – это вопрос лекарственного обеспечения. И, разумеется, в ходе подготовки я разговаривал со специалистами из Министерства здравоохранения, с Министром здравоохранения, документы ещё раз посмотрели, которые там есть.

У нас, ещё раз могу повторить, по номенклатуре изменений никаких нет. По жизненно важным лекарствам есть некоторые замены, связанные с наименованиями, но не с химическими формулами. А в тех случаях, когда аналог не подходит пациенту, у врача и у соответствующего медицинского учреждения есть право заменить этот лекарственный препарат.

Мы понимаем всю значимость этого вопроса и, без всякого сомнения, будем уделять этому первостепенное значение. Первостепенное. Мы посмотрим, как будет развиваться ситуация с лекарственным обеспечением и во втором, и в третьем квартале, если потребуется, внесём соответствующие коррективы.

Есть, несмотря на ограничения бюджетных средств, а ограничения, по сути, у нас даже в самые тучные года всегда есть, потому что, когда в тучные года мы формулируем свои потребности, они, как правило, завышены по всем направлениям, и на самое важное, как правило, всегда не хватает. Но за этим будем следить строго: если чего‑то будет не хватать, обязательно добавим, в том числе из резервных фондов Правительства.

Вы же помните, с чем связано, особенно дешёвый сегмент, проблемы в этом дешёвом сегменте – связано с тем, что Правительство искусственно сдерживало цены. Как производители уверяют, это сделало невыгодным производство этих препаратов.

Здесь два пути: либо субсидировать, либо цены отпустить, или не сдерживать это в том объёме, как это делалось до сих пор. Уже месяц остался, в течение месяца-полутора Правительство должно будет принять соответствующие решения.

И.Ильдюкова: Спасибо, Владимир Владимирович.

Забота о детях, конечно, абсолютный приоритет в нашей стране. Поддержка наиболее незащищённых социальных групп населения пока у нас не сходит с повестки дня. Перспективным для развития этой сферы является развитие социального предпринимательства.

Хотелось бы предоставить слово Вячеславу Горелову, достаточно преуспевшему в этом направлении.

В.Горелов: Уважаемый Владимир Владимирович!

Мы построили агрокомплекс в селе Кривец Пермского края для помощи государству в решении проблем молодёжи, различных категорий безработных из зала суда, из колоний и особенно сирот-бомжей.

Сегодня со мной 22 воспитанника приёмных, два сына родных. Мы счастливы, что мы до 2012 года успели охватить более 6 тысяч подростков-правонарушителей, которые в дальнейшем были сняты не только с учёта, но стали инструкторами по туризму. Но с 2012 года мы стали предлагать варианты «сирота-предприниматель», «эмансипация сирот», «экономия бюджетных средств», и мы стали неинтересны. Но это бог с ним.

Самое главное, мы хотели обратить Ваше внимание на проблему социализации сирот. В данное время огромные финансовые затраты на сирот не дают того ожидаемого результата, которого мы все ждём. Более 50 тысяч сирот сейчас в учреждениях, и, только по данным Генпрокуратуры, лишь каждый десятый может устраиваться в этой жизни.

Проблема даже не в том, что их не приучают к труду, проблема в том, что воспитывают ненависть к труду. Самая важная опасность – это то постановление, те условия получения максимального пособия, которое ждёт сирот после того, как они три раза получат профессиональное образование, им будет 23, и они государству больше не нужны – тогда центр занятости предлагает им максимальное пособие в течение шести месяцев при одном условии: что они никогда за этот период не пробовали даже работать. У нас есть в связи с этим предложения.

Первое. Во всех регионах «последнее лето детства» – 9‑й класс – не теплоходы, не оздоровительные лагеря, а лагеря социализации, хоть курсы социализации, тренинги. Опыт в регионах есть, и у нас есть опыт. Мы готовы поделиться.

Второе. Конечно же, если возможно, пусть Минтруда изменит требования к последнему максимальному шестимесячному пособию в размере 150 тысяч в нашем регионе. Пусть разрешат временное трудоустройство в период производственной практики и стажировок. Потому что три специальности, не проходя ни практику, ни стажировку… А добросовестных работодателей, готовых взять сирот, достаточно в России.

И последнее. Хотелось бы, конечно, возложить немного ответственности на тех мастеров и педагогов техникумов, которые получают до 12 тысяч пособие за опеку сирот, за постинтернат до 23 лет и не отвечают ни за качество профессионального образования, ни за их гарантированное трудоустройство, а надо бы.

Объединением усилий общественности и государства я думаю, что в ближайшие сроки мы можем вместе решить данную проблему в кратчайшие сроки, и страна получит законопослушных граждан, готовых к самостоятельной жизни и успешной трудовой деятельности.

В.Путин: В последнем случае что Вы предлагаете?

В.Горелов: Последнее, чтобы возложить ответственность…

В.Путин: Как?

В.Горелов: Я думаю, что Министерство образования должно проконтролировать качество профессионального образования. Когда сирота ничего не умеет, выходя даже после четырёх лет, яйцо сварить не может, он не знает, что его в холодную воду надо делать, – четыре года обучения поварскому искусству. А когда они около пивных проходят производственную практику, агротехникумы, нам не дают в школу фермеров, потому что у нас нет современного трактора, он нам не нужен.

У нас есть учебные цеха, у нас есть много ферм, у нас площадки, но вот трактора современного у нас нет, поэтому нам на практику не позволят. Хотя мы выпускаем: сироты-фермеры, сироты-предприниматели. Эта тема почему‑то как‑то чиновниками не очень поддерживается, потому что в 20 лет он откажется от дальнейших пособий.

В.Путин: Вячеслав, как Вы вообще подошли к этой теме? Как Вы начали привлекать сирот, начали ими заниматься, помогать им, ставить на ноги, по сути дела?

В.Горелов: Честно говоря, я был предпринимателем в 2000 году в сфере туризма, взял избушку, потом за три года построил турбазу на 50 мест и организовывал рыбалку для богатых. Я думаю, что, получая прибыль… Как‑то однажды группа сирот, остановившись рядом с моей турбазой, распилили мою алюминиевую мебель в столовой и обокрали гараж.

И я, провожая их, узнал об этом, попросил директора детского дома в осенние каникулы вернуть этих хулиганов, мне фамилии неинтересны, чтобы они изготовили мне мебель, которую распилили. Директор подыграл, все приехали, вся группа, сделали мебель, до сих пор служит в нашем кафе туристском на нашей турбазе. Поэтому мы счастливы, что так директор детского дома сделал.

Поэтому сначала была традиция: кто себя плохо ведёт в детском доме, все едут к дяде Славе. Потом через год стало, когда сберкнижки, банк в лагере стал работать, в летней школе начинающего фермера, тогда кто себя хорошо ведёт – туда и поедет.

В.Путин: Знаете, когда я слушаю такие истории, понимаю, почему наша страна непобедима. Потому что у нас есть такие дяди Славы. Правда. Хочу Вам сказать большое спасибо, поблагодарить Вас за то, что Вы делаете.

С Минтрудом в той части, о которой Вы сейчас сказали, обязательно мы поработаем, посмотрим, что сделать можно дополнительно, как поменять эти стандарты и правила, которые они формулируют в этой работе.

Что касается профессиональной подготовки – я так понимаю, что Вы бы хотели, чтобы эти средства, которые идут на подготовку, чтобы можно было их направлять и на такие предприятия, как Ваше.

В.Горелов: Нет. Спросить результат.

В.Путин: Результат.

В.Горелов: Получаете деньги четыре года, будьте любезны трудоустроить сироту.

В.Путин: Что же, Вы правы, конечно. Хорошо. Спасибо.

А.Кузнецов: Хотел бы продолжить тему детей-сирот. В зале присутствует Альберт Сарбалаев. Он, кстати, руководитель фонда помощи детям-сиротам и выпускник детского дома. У него есть к Вам вопрос.

А.Сарбалаев: Добрый день, Владимир Владимирович! Добрый день, уважаемые коллеги!

Владимир Владимирович, разрешите, пожалуйста, прежде всего поблагодарить Вас, Вашу команду за активную поддержку выпускников детских домов, детей-сирот, конечно, за ту государственную программу, которая сегодня реализуется по поддержке детей именно данной категории.

Вы знаете, так уж получилось, что с самого рождения я воспитывался в детском доме. Скажу честно, мне действительно повезло, потому что, ещё будучи воспитанником, я интересовался своими правами, изучал законы и благодаря этому поступил в университет.

Как я говорил, сегодня государство всячески поддерживает и помогает выпускникам детских домов. Но, к сожалению, очень часто выпускники выходят из данного учреждения и не знают своих прав. Для решения этой проблемы я создал фонд «Нужны друг другу», который сегодня помогает не только профориентации детей-сирот, но и в том числе фонд выпускает такие брошюры, которые сегодня помогают найти ребятам ответы на те вопросы, которые у них возникают после выпуска. Тут и жильё, тут и семья, тут и образование.

Коллеги, все мы прекрасно знаем, что по закону Российской Федерации ребёнку-сироте положено жильё. Владимир Владимирович, я знаю, что в 2016 году в федеральном бюджете предусмотрено свыше 7 миллиардов рублей на субсидии для субъектов Российской Федерации.

В.Путин: 7,2.

А.Сарбалаев: Так же, как гласит федеральный закон под номером 159: полномочия и обязанности по обеспечению жильём детей-сирот ложатся на регионы нашей страны. Скажите, пожалуйста, в чём тогда проблема?

Вы знаете, я хоть пока ещё и студент, выявил несколько проблем. На мой взгляд, одна из самых главных проблем сегодня – это отсутствие чётких критериев сроков предоставления жилья детям-сиротам. К примеру, в Республике Татарстан в 2016 году предусмотрено выдать жильё 311 детям-сиротам. А статистика показывает, что в этом году прирост нуждающихся окажется 1200 детей-сирот.

Более того, Владимир Владимирович, многие региональные чиновники пошли даже дальше. В Оренбургской области региональное правительство построило дом за счёт бюджетных средств, подписало в декабре 2015 года акт приёма дома, но, как оказалось, фактически дом до сих пор не достроен. Ведётся следствие, и заведено уголовное дело. Почему из‑за таких чиновников страдают дети-сироты, которые должны были получить своё жильё именно вовремя?

А если коснуться второй проблемы, то, на мой взгляд, вторая проблема – это качество жилья. К примеру, в городе Новокузнецке чиновники заселили детей-сирот в отремонтированную столовую 1956 года. Результаты мы знаем прекрасно все: это показывали и по Первому каналу, и в других средствах массовой информации в том числе освещали.

Владимир Владимирович, разрешите предложить несколько предложений и, конечно, инициатив в том числе. Наверное, самое главное, на наш взгляд, я считаю, что сегодня всё‑таки нужно перенять опыт общественного Народного фронта, который сегодня ведёт контроль программы по аварийному жилью, и предоставить такую же возможность команде Общероссийского народного фронта, именно контроль программы по предоставлению жилья детям-сиротам. Мне кажется, это будет достаточно правильно, потому что та программа, которую курирует Народный фронт, она достаточно успешна.

И второе предложение. Я считаю, что сегодня нужно внести в государственную программу, где как раз прописано о комфортном жилье граждан Российской Федерации, подпрограмму, где чётко указать сроки, качество выдаваемого жилья не только детям-сиротам, но и людям, которые берут это жильё за счёт федерального бюджета.

Владимир Владимирович, знаете, у меня лично такая к Вам просьба: если возможно, проведите, пожалуйста, проверку органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации, а именно на тему по предоставлению жилья детям-сиротам. И опять же просто у них спросить, узнать: а куда деваются те субсидии, которые сегодня выделяет наше государство?

Владимир Владимирович, если можно, хочу подарить Вам вот такой справочник-путеводитель. Мне бы хотелось, чтобы сегодня наши регионы перенимали у нас опыт. Мы открыты.

Спасибо Вам большое.

В.Путин: Проблема очень чувствительная, конечно, для любого общества, а для нашего тем более. У нас, мы это знаем хорошо, так называемое социальное сиротство, к сожалению, очень остро стоит. Я уже не говорю о сиротстве в традиционном смысле этого слова. В любом случае ребёнок, оказавшийся в такой трудной жизненной ситуации, нуждается в поддержке со стороны государства. Другой поддержки, как правило, ждать неоткуда.

Что касается обеспечения жильём… Вы сказали о качестве. Я не думаю, что здесь нужно что‑то придумывать. У нас есть соответствующие СанПиНы, и предоставляемое жильё должно им соответствовать. А если кто‑то поступает иначе, то он уже нарушает действующие нормы, правила и закон. Первое.

Второе: переложить эту программу обеспечения жильём детей-сирот в качестве подпрограммы в программу обеспечения граждан Российской Федерации жильём. Вы знаете, это само по себе проблему не решит, потому что вопрос ведь в финансировании; оно, кстати, с федерального уровня растёт понемножку. В позапрошлом году было 5,6, в прошлом году – 6,7, по‑моему, в этом году – 7,2 или 7,4, примерно такие цифры. Но регионы вкладывают на порядок больше, где‑то до 56 миллиардов. Поэтому вопрос не в том, где находится эта программа, вопрос в финансировании. Первое.

А второе – это, конечно, в эффективности и прекращении всяческих злоупотреблений в этой сфере.

Поэтому, конечно, мы будем вместе с вами думать по поводу того, как совершенствовать эту систему, но совершенно точно нужно внимательно разобраться, насколько эффективно расходуются имеющиеся средства. И такую проверку мы обязательно проведём. Вам спасибо за то, что обратили на это внимание.

И.Ильдюкова: Владимир Владимирович, сегодня в зале присутствует человек, который очень много делает для развития волонтёрства, в частности инклюзивного волонтёрства. Такие люди, как Алексей Транцев, своим примером воодушевляют тысячи других людей. Я бы хотела предоставить ему слово.

Пожалуйста.

А.Транцев: Добрый день, уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Я представляю Самарскую область, являюсь экспертом по инклюзивному волонтёрству.

В последние годы я замечаю большой рост интереса государства и общества к этой теме. Становятся доступными крупные молодёжные федеральные форумы «Территория смыслов», «Таврида», моя родная «Иволга». На последнем «Добровольцы России» в рамках финального форума «Сообщество-2015» появилась профильная площадка по инклюзивному волонтёрству «Социальная адаптация и доступная среда», и это правильно. Люди с инвалидностью могут и должны вести активный образ жизни: учиться, работать, просто быть счастливыми.

Инклюзивные волонтёрские методики имеют действительно хорошие результаты и высоко отмечены Общественной палатой Российской Федерации, Ассоциацией волонтёрских центров. И, что очень важно, они имеют большое значение для самих волонтёров с инвалидностью и без.

2016 год стал Годом кино. 2017 год будет Годом экологии. Впереди 2018 год, и, конечно же, чемпионат мира по футболу. Футбол – это дело спортсменов, но мы все прекрасно понимаем, что такое масштабное спортивное событие не может обойтись без помощи работы волонтёров, волонтёров с неограниченными возможностями.

В конце концов именно они во многом дали тот спортивный дух, ту прекрасную атмосферу последнего похожего события – зимней Олимпиады в Сочи. Сейчас эти ребята в своих городах и регионах делают сотни и тысячи небольших социальных акций, о которых мы, наверное, с вами никогда в жизни не узнаем, но которые действительно очень важны.

Владимир Владимирович, хочу предложить рассмотреть возможность сделать 2018 год Годом гражданской активности и волонтёрства и прошу уделить особое внимание механизмам, позволяющим особым волонтёрам принимать действительно активное участие в этой разнообразной и действительно полезной для нашей страны деятельности. Уверен, что вместе мы способны убрать многие инфраструктурные и организационные барьеры и задать новую планку развития этого большого и хорошего движения.

Спасибо.

В.Путин: Мы всё время говорим, что у нас начало развиваться волонтёрство. Оно, по‑моему, начало развиваться ещё с Тимура и его команды, так что у нас на самом деле такие глубокие корни. Да ещё и раньше, ещё и в царские времена. У нас очень много людей, которые способствовали продвижению тех или иных, как сейчас модно говорить, проектов.

В связи с подготовкой целого ряда крупнейших мероприятий, прежде всего спортивных, имею в виду Олимпийские игры в Сочи, мы уже это поставили на такой профессиональный уровень. Целый ряд вузов страны получили дополнительные средства для подготовки волонтёров и провели широкомасштабную работу по подготовке.

Надо сказать, что наши волонтёры украсили Олимпийские игры в Сочи. Все, с кем я разговаривал, все без исключения говорили, что они создали замечательную атмосферу и показали, что такое Россия не только с точки зрения сооружений, но с точки зрения людей, сейчас так модно говорить, я позволю себе выразиться, человеческого капитала. Поэтому мы, безусловно, будем это развивать дальше и продвигать и даже не в связи с тем, что у нас в 2018 году чемпионат мира по футболу, у нас и других мероприятий будет много. Это движение само по себе очень полезное и ценное.

Конечно, в основном это молодые люди, но не только. Люди совершенно разных возрастов приняли участие в этом движении и принимают участие в этом движении из разных регионов Российской Федерации.

Инклюзивное волонтёрство требует, конечно, особого внимания и поддержки. Безусловно, мы будем это делать. Насчет 2018 года идея хорошая. Я только должен поговорить и с Правительством, и с Администрацией, нет ли там каких‑нибудь идей и предложений на 2018 год. Мне кажется, что оно вполне реалистично для того, чтобы быть реализованным.

А Вам спасибо, что Вы занимаетесь этой работой. Абсолютно точно люди с ограниченными возможностями по здоровью не должны чувствовать себя ограниченными в жизни. Это непростая задача, нам ещё очень много нужно сделать и с точки зрения инклюзивного образования и безбарьерной среды. Причём не только это вопрос денег, это вопрос внимания. А то, что такие люди, как вы, молодые и активные, обращаете на это внимание, это залог нашего будущего успеха на этом важнейшем направлении.

Спасибо.

А.Кузнецов: Владимир Владимирович, на форуме много обсуждали вопросов господдержки российских некоммерческих организаций, причём НКО, которые осуществляют свою деятельность не только в России, но и за рубежом, однако в интересах России.

Я бы хотел предоставить слово Сергею Колясникову, известному блогеру.

С.Колясников: Владимир Владимирович!

Сергей Колясников, Свердловская область, ОНФ, блогер.

Рассказать хотелось бы о наболевшем. Об информационной войне, которая ведётся против России, я и мои коллеги пишем уже много лет. Это постоянная дискредитация федеральных инициатив, международных инициатив России.

Сейчас объектом информационных атак являетесь Вы и Ваше окружение. Известно, что атака на Вас – это атака на государство и на Россию. Понятно, что всё это делается с какой целью? Это формирование негативного, отрицательного имиджа России в глазах мирового сообщества.

Хотелось бы к этой проблеме подключить гражданское общество. У нас много есть НКО, которые ведут свою деятельность за рубежом, и суть заключается в том, что нам для того, чтобы весь этот негатив, который на нас льётся, свести в ноль, просто достаточно рассказывать о себе правду, показать себя в деле. Ведь даже здесь присутствует огромное количество НКО, которые делают очень серьёзные и полезные дела.

Если такие некоммерческие организации получат системную государственную поддержку – как финансовую, так и организационную, допустим, по линии МИДа, – то, мне кажется, это должно очень сильно помочь формированию позитивного, а главное, объективного и честного образа России в глазах мирового сообщества.

В.Путин: Что касается информационного противостояния, мне к этому не привыкать. Вы, может быть, подзабыли, а я‑то помню всё. Во время активных событий и тяжёлых событий на Кавказе я всего про себя наслушался и насмотрелся, ничего нового здесь для меня нет. И Вы правы, безусловно, Сергей, в том, что это реакция наших оппонентов, так их назовём, на укрепление страны. Просто такой независимый, суверенный, достаточно эффективный, знающий себе цену, имеющий свои собственные интересы и способный о них заявить игрок, он мало кому нужен, и его стараются немножко осадить, поставить на место.

Если бы мы с вами вели себя тише воды ниже травы и во всём бы соглашались и поддакивали, мы были бы хорошими для всех, правда, мы постепенно, постепенно утрачивали бы своё значение. А следующим шагом после утраты своего значения, я думаю, была бы и невосполнимая утрата нашего суверенитета, и утрата перспектив на будущее. Вот этого мы никогда не допустим. Это все должны понимать.

Нам ведь ни от кого ничего не нужно, кроме того, что нам принадлежит. Мы‑то готовы искать компромиссы. Мы понимаем, что мир не состоит только из наших интересов, и у других есть интересы. Но для того, чтобы мир был гармоничным, мы должны учитывать интересы партнёров, а они – наши. Они за предыдущие десятилетия – за 15–20 лет – забыли, что такое наши интересы, и когда столкнулись с тем, что мы о них ярко заявляем, твёрдо их отстаиваем, ищут, где бы кого щипануть.

Журналистское сообщество у нас очень разное, на самом деле талантливое. Это я пошутил вначале, конечно, по поводу учителей. И когда появились некоторые абсолютно объединяющие нас компоненты, то это тоже вызывает тревогу у наших оппонентов. Я не исключу, что они посмотрели эту общественную акцию «Бессмертный полк», сейчас к 9 Мая что‑нибудь будут придумывать, потому что это удивительная демонстрация единства многонациональной российской нации. Потом к выборам в Госдуму будут придумывать что‑нибудь, потом к президентским. Это сто процентов, как у нас говорят, к бабке не ходи. Но ценность работы таких людей, как Вы, или таких, которые разделяют вашу позицию, заключается как раз в полной независимости от государства.

Мы, конечно, с удовольствием будем поддерживать людей, которые, как нам представляется, мне представляется, занимают позиции, направленные на укрепление нашей государственности и экономики, социальной сферы. Но гораздо эффективнее и гораздо значительнее результаты работы, когда эта работа проводится независимыми структурами, общественными организациями, независимыми журналистами.

Это, знаете, тоже вызывает некоторую озабоченность у наших партнёров, такая эффективная работа значительной части нашего журналистского сообщества, оторопь взяла. Начали бороться с нашим журналистским сообществом. Объявляют это пропагандой. Всё, что они делали, – это свободная журналистика. Всё, что наши делают по защите национальных интересов, – это кремлёвская пропаганда.

Эти так называемые двойные стандарты и сюда уже забрались. Но такова логика борьбы за свои интересы. Здесь нет ничего неожиданного, здесь нельзя переступать каких‑то красных линий. Мы не должны переступать. Но мы и не позволим переступать красные линии в отношении нас. Мы это уже показали совсем недавно. А поддерживать… Конечно, поддержка будет, но прежде всего это должна быть моральная поддержка. Давайте по этому пути пойдём.

И.Ильдюкова: Владимир Владимирович, Вы уделяете большое внимание проблемам экологии и не на словах, а в реальных делах. Эта тема стала и направлением работы для Народного фронта. Очень часто мы сталкиваемся с такими проблемами, как нецелевое использование экологически важных земельных участков.

На эту тему я хотела бы передать слово Николаю Николаеву – руководителю фонда ОНФ «Народная экспертиза».

Пожалуйста.

Н.Николаев: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

Николай Николаев – руководитель центра по независимому мониторингу исполнения указов Президента «Народная экспертиза».

Действительно, проблема по экологии и нецелевому использованию участков на особо охраняемых территориях.

2010 год, Иркутская область. Вы, тогда будучи Председателем Правительства, подписали соответствующее распоряжение о переводе достаточно большого лесного участка на берегу Ангары в категорию особо охраняемых территорий для строительства реабилитационного центра для воинов-афганцев, инвалидов.

Далее история разворачивалась следующим образом: в 2011 году этот участков был сдан в аренду, в 2014 году 32 миллиона из федеральной целевой программы охраны Байкала было потрачено на укрепление берега и отсыпку дороги, и вот наконец сейчас в интернете есть сайт яхтенной деревни Саввино, которая предлагает всем желающим построить на этой территории свой коттедж, а даже при желании пришвартовать собственную яхту, если таковая имеется.

Наши активисты были на месте, смотрели ситуацию. Действительно, там разграничены эти участки, более того, даже есть фундаменты под явно капитальные строения. В общем‑то, бизнес этот продолжается.

Надо сказать, что это не единичная история, и наши активисты из Нижнего Новгорода и из Пермского края поднимают такие проблемы на местах. В этой связи особо охранные территории являются достоянием всех нас, страны. Владимир Владимирович, предлагаем, во‑первых, повысить ответственность глав муниципалитетов за нецелевое использование вот таких земель на особо охраняемых территориях.

Во‑вторых, так как история носит не единичный характер, то предлагаем провести проверку целевого использования тех участков на особо охраняемых территориях, которые уже были выделены под строительство социальных объектов.

В.Путин: Давайте это сделаем, согласен. Я даже комментировать не буду. Надо это всё только проработать детально, но в целом в правильном направлении абсолютно. Спасибо. И по этому конкретному случаю посмотрим и в целом. Там обобщить нужно. Согласен.

Н.Николаев: Спасибо.

В.Путин: Пожалуйста, такая ручища, что не заметить невозможно.

Реплика: Владимир Владимирович, у меня две темы и один вопрос.

Первая тема. В начале 2000‑х годов, когда организовывались федеральные округа, одной из основных задач было приведение в соответствие с законодательством субъектов. По сути дела, это приведение сознания элит к общегосударственному сознанию. Вот так уж.

В.Путин: Приведение в соответствие с Конституцией России. Большая работа была проведена.

Реплика: Да, и она была с блеском сделана, исполнена. Я издатель газеты и ещё руковожу рабочей группой «Образование и культура как основы национальной идентичности». Меня беспокоит вопрос, заключающийся в следующем. У нас сейчас дети уже на уровне 1‑го класса имеют стереотипы поведения, далёкие от правового. Это работа субкультур, которые сейчас процветают.

У меня предложение на этот счёт – дать поручение Министерству образования, Правительству разработать программы, связанные с правовым воспитанием на уровне детских дошкольных учреждений, чтобы уже на этот момент ребёнок получал некую вакцину правового воспитания и внутри себя противодействовал тем субкультурам, которые сейчас навеиваются. Это всё что угодно может быть: это уголовная субкультура, фанатская субкультура, ортодоксальные какие‑то субкультуры. Это первый момент.

Второй момент. Коллеги сказали множество примеров, Анастасия Мутоленко сказала о приватизации, Николай Николаев сказал, наш молодой коллега сказал… У нас есть территория, в которой мы конкретно уперлись региональным штабом в муниципалитет конкретный, а скорее всего все наши коллеги здесь в итоге упираются в какие‑то конкретные личности, в какие‑то конкретные территории, контролируя вопросы исполнения Ваших указов. Всевозможные примеры по данной территории – нарушение исполнения указов по доступности образования, по сохранению ОКН, по предоставлению жилья сиротам, то есть дома разваливаются, с детей собирают деньги там, где не должны собирать…

У меня конкретная просьба. Мы всеми группами имеем, практически всеми группами регионального штаба, имеем конфликт с какой‑то конкретной территорией. Мы не можем пробить региональные власти, они нас не слышат, прислушиваться не хотят. Обратить внимание на конкретную территорию, у меня в принципе с собой документы есть, если хотите, могу передать, и что‑то предпринять на этот счёт, потому что степень, на наш взгляд, беззакония там абсолютная.

И вопрос, который к двум темам: у Вас в четвёртой пятёрке вакансий нет в команде?

В.Путин: Что значит «в четвёртой пятёрке»?

Реплика: Ну в хоккей, я слышал, играете.

В.Путин: Учусь.

Реплика: Вот про это речь. Нет там у Вас в четвёртой пятёрке вакансии?

В.Путин: А у нас всего одна пятёрка. Вакансии посмотрим, у нас и запасные игроки есть.Если драться не будете сильно, то мы Вас пригласим.

Реплика: Нет, ни в коем случае. В присутствии Президента как это возможно?

В.Путин: Оказывается, возможно, ещё как.

У нас в Сочи будет очередной ежегодный фестиваль любительской лиги – НХЛ, Ночная хоккейная лига. Я Вас приглашаю. Коллеги зафиксируют, как Вас найти.

А что касается этой работы по регионам, по муниципалитетам, я должен понять, что предлагается. Я не очень понял, что Вы предлагаете, как организовать эту работу.

Реплика: У нас есть конкретный пример нарушения законодательства, неисполнения Ваших указов. Мы пытаемся заставить муниципалитет их исполнять, банально исполнять указы Президента – у нас это не получается. Наши доводы не слышатся ни на уровне муниципалитета, ни на уровне региона. Почему это происходит? У нас вызывает удивление.

В.Путин: Давайте конкретные документы, которые у Вас есть, мы по ним посмотрим.

А что касается первого вопроса, это чрезвычайно важная вещь, которую Вы сейчас затронули. У нас ведь воспитанием не только дошкольным, но и школьным занимаются теперь все кто угодно – фонды какие‑то иностранные лезут, кого‑то финансируют. Мы, конечно, должны быть открыты всему новому, но все эти фонды совершенно не сообразуются с нашими традициями, с культурой. Это чрезвычайно опасная вещь.

Ещё раз хочу подчеркнуть: мы, безусловно, должны быть открыты и миру, и всему новому, чтобы двигаться вперёд, по‑другому невозможно. Но мы ни в коем случае не должны забывать про наши культурные корни, про наши традиции и так далее. Поэтому то, что Вы сказали, на это совершенно точно нужно обратить внимание, во всяком случае, если уж не такие дотошные программы, то методические вещи, конечно, должны быть разработаны. На это точно надо посмотреть гораздо серьёзнее.

Реплика: Спасибо.

В.Путин: Мы ведущим дадим слово.

А.Кузнецов: Владимир Владимирович, дело всё в том, что мы с Ириной как раз хотели Вам предложить, так как у наших коллег столько много, судя по рукам, вопросов…

В.Путин: Пожалуйста.

Е.Шлыкова: Здравствуйте, уважаемый Владимир Владимирович!

Елена Владимировна Шлыкова, Пермский край, рабочая группа «Образование и культура».

Я хочу задать Вам неожиданный вопрос, а потом поясню, в связи с чем он возник. Скажите, пожалуйста, Вы в свои школьные годы дежурили по классу?

В.Путин: Да, конечно.

Е.Шлыкова: Это замечательно. И это никак негативно не сказалось на Вашей дальнейшей судьбе?

В.Путин: Смотря как посмотреть, я в принципе доволен.

Е.Шлыкова: Спасибо большое. Я думаю, что такой же опыт у большинства присутствующих в этом зале.

Сегодня очень остро стоит вопрос повышения престижа рабочих профессий и возвращения уважения к человеку труда. А в перечне обязательных школьных предметов нет ни труда, ни трудового обучения. Есть технология, но её давным-давно адаптировали продвинутые школы под потребности других предметов: иностранный язык либо информатика. Более того, просьба учителя вытереть доску или убрать за собой мусор в классе может быть квалифицирована как понуждение к труду…

В.Путин: Да ладно!

Е.Шлыкова: …И педагог привлечён к ответственности.

В.Путин: Это в соответствии с какими нормами?

Е.Шлыкова: С законом об образовании.

В.Путин: Там так и прописано? Не может быть такого!

Е.Шлыкова: Мы отучили наших детей трудиться. Более того, мы воспитали неуважение к труду, к обслуживающему в частности. А понимаем, что там, где нет труда, там не может быть морали. На наш взгляд, необходимо срочно вносить изменения в закон об образовании.

По итогам Госсовета 23 декабря 2015 года Вами уже было дано поручение о том, что нужно комплекс мер разработать по профориентации и расширить сферы общественно полезной деятельности. Для того чтобы и педагоги в том числе могли выполнять Ваши поручения, необходимо признать трудовое воспитание неотъемлемой частью образовательного процесса каждой школы России. Это первое.

Второе. Ввести в закон понятия «труд по самообслуживанию» и «общественно полезный труд».

И третье. Это уже технология. Позволить школам разрабатывать локальные нормативные акты, которые бы определили, к какому труду в рамках дежурства по школе или летней практики может быть привлечён ученик. А те школы, которые будут злоупотреблять этим, могут быть либо родителями, либо контрольными органами поставлены на место. Это не только предложения нашего края, это предложения всей рабочей группы по итогам вчерашнего дня.

Спасибо большое.

В.Путин: Как мы понимаем, вопрос чрезвычайно важный и очень специальный и тонкий. Поэтому я сейчас не буду никаких окончательных выводов делать и не буду говорить, что мы сделаем так или иначе, потому что как это сделать, нужно внимательно посмотреть и поговорить с такими людьми, как Вы, со специалистами в академии, с общественными организациями. Но то, что нужно что‑то делать, я полностью с Вами согласен. И нужно обязательно двигаться в этом направлении. Вопрос только, какими темпами и как конкретно это всё прописать, чтобы не навредить, а, наоборот, сделать лучше. В целом согласен полностью. Постановка вопроса правильная абсолютно.

Е.Шлыкова: Спасибо большое.

В.Путин: Такой плакат, написано «Шкурный вопрос». Давайте.

М.Чупров: Добрый день!

Матвей Чупров, Ненецкий автономный округ, руководитель группы «Общество и власть».

В.Путин: Какое общество?

М.Чупров: «Общество и власть: прямой диалог».

В.Путин: «Общество и власть».

М.Чупров: Да, ненецкое региональное отделение Общероссийского народного фронта. Мы приехали из Нарьян-Мара, Нарьян-Мар тоже «красный город».

Владимир Владимирович, во‑первых, хочу передать пожелание, просьбу-приглашение от всех жителей Нарьян-Мара, чтобы к нам тоже приехали. Это не только от того, что мы знаем, что Вы когда приедете, будет толчок к развитию города, но у нас прекрасный, красивый такой же город, тоже переводится как «красный город», и мы будем все рады Вас в Нарьян-Маре видеть.

В.Путин: Спасибо большое.

М.Чупров: Вопрос. В нашем регионе, площадь его порядка 170 тысяч квадратных километров, выпасается 160 тысяч голов оленей. Кочевой образ жизни ведут порядка 2,5 тысячи человек. Это люди, которые из поколения в поколение передают свой опыт и вместе со своими семьями кочуют по стокилометровым маршрутам.

Продукция оленеводства – это мясо, шкура и рога. С олениной, с мясом у нас всё нормально, Нарьян-Марский мясокомбинат производит хорошую продукцию, которую знают, наверное, во всей России, а шкуры, к сожалению, у нас в основном утилизируются и частично экспортируются, отправляются в Финляндию по 6 евро за штуку. Где‑то порядка 50 тысяч шкур в год производится, и только 8 тысяч идут на экспорт, остальное всё пропадает.

Вопрос по глубокой переработке продукции оленеводства рассматривается на многих совещаниях уже не один десяток лет, наверное, с 90‑х годов, но, к сожалению, дальше дело не идёт, только одни разговоры. У нас такая просьба, чтобы Вы дали какой‑то толчок развитию этого вопроса. Для нас он очень важный, может быть, в рамках страны он не такой важный, но для нашего маленького народа он очень важный, и мы просим Вас, чтобы он был каким‑то образом решён, чтобы Вы в этом отношении нам помогли.

В.Путин: А что Вы предлагаете?

М.Чупров: Дать поручение Министерству сельского хозяйства, чтобы они серьёзно занялись этим вопросом, потому что оленеводы, которые пасут оленей в тундре…

В.Путин: А потребкооперация не работает у вас там?

М.Чупров: Потребкооперация этим вопросом не занимается. И объём в принципе – 50 тысяч шкур – довольно‑таки большой. Раньше, когда этот объём перерабатывался, им жило целое село Ижма в соседней Республике Коми, жило очень богато, шкуры на экспорт отправляли, и были открыты даже магазины в Париже. А потом вся эта система разрушилась. Завод, который был отраслевой, закрылся в 90‑е годы, в Республике Коми он находился. И на сегодняшний день шкуры у нас пропадают.

В.Путин: Понятно. Вы знаете, это поручение не Минсельхозу, я думаю, а Министерству промышленности. Я это поручение подготовлю.

М.Чупров: Спасибо большое. Ждём Вас в Нарьян-Маре.

И.Бикеев: Добрый день, уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Я Игорь Бикеев, сопредседатель регионального штаба ОНФ в Республике Татарстан.

Вчера на площадке «Общество и власть: прямой диалог» мы выяснили интересную вещь. Оказывается, муниципальные образования тратят очень значительные средства на содержание своих сайтов. Наши коллеги провели аудит, и оказалось, что стоимость изготовления и содержания сайта составляет суммы от 100 тысяч до нескольких миллионов рублей. И при этом на многих сайтах не содержится социально значимой для граждан информации об оказываемых услугах, о льготах и тому подобного.

В некоторых случаях, для того чтобы добраться до нужной информации, нужно сделать семь и более кликов. В условиях современной социально-экономической турбулентности необходимо, чтобы полная и исчерпывающая информация попадала к людям сразу, непосредственно, время не ждёт, как известно. И в связи с этим у нас есть два предложения.

Первое предложение – разработать стандарт сайта для муниципальных образований. Многие наши эксперты считают, что эталоном в этом отношении является сайт Президента Российской Федерации www.kremlin.ru. Я здесь ни в коей мере не пытаюсь польстить, но таково мнение экспертов, Владимир Владимирович. Итак, нужен определённый стандарт, которому могут следовать, единообразие.

И второе предложение. Хотелось бы, чтобы информационная открытость стала критерием показания оценки деятельности органов местной власти населением наряду с дорогами, ЖКХ, транспортом и тому подобное. Вот это два предложения.

Спасибо.

В.Путин: Что касается второй части, то Вы не могли не заметить, что я сам об этом постоянно говорю.

И.Бикеев: Заметили, поэтому стараемся…

В.Путин: И будем обязательно это продвигать.

Что касается первого вопроса, то в соответствии с действующим законом мы не можем регионам или муниципалитетам тем более что‑то навязывать, если мы это не финансируем, но методические рекомендации точно можно и нужно сформулировать. Если Вы видите, что такая проблема существует, мы это сделаем.

И.Бикеев: Это плюс бюджетные расходы.

В.Путин: Да, я понимаю.

И.Бикеев: Причём серьёзная экономия.

В.Путин: Сделаем.

Давайте дальше. Вот Чувашия.

Н.Степанов: Добрый день, Владимир Владимирович!

Чебоксары, Степанов Николай Алексеевич.

У нас одна проблема, которую мы никак на уровне нашего руководства республики решить не можем. В 2011 году у нас в республике начали строить полигон. Все прекрасно понимаем, экология, полигоны нужны. В прошлом году свалку, которая существовала до этого, до полигона, закрыли, а полигон не открыли.

В итоге получается такая картина. При вывозе КБО и захоронении на свалку жители Чебоксар и Новочебоксарска платили за один кубометр 27 рублей 04 копейки. Сейчас на полигон, который не действует, у которого нет лицензии, мы туда ввозим КБО и навязали всем, уже платим 425 рублей, то есть рост в 16 раз, и никто не может объяснить, откуда такие цены вышли. Обращались в Правительство, в прокуратуру, в республиканскую тарифную комиссию, просили посмотреть, откуда эти тарифы пляшут, почему люди должны сразу в 16 раз больше платить.

И с учётом того, что есть постановление Правительства о том, что у нас рост всего должен быть коммунальных расходов 4,4 процента, а это тоже влияет с 1 июля, как будут выкручиваться, не знаем. И вчера на форуме, когда этот вопрос поднимали у замминистра Чибиса, он заявил: если полигон работает, у него нет претензии, а он продолжает работать, надо возбудить уголовное дело.

В.Путин: Что надо будет?

Н.Степанов: Надо, говорит, возбудить уголовное дело. Но и дела нет, а полигон работает. Размещаем, возим, платим деньги, но самое интересное, Владимир Владимирович, не знаем, за что, потому что даже элементарный анализ тарифа, который они предложили и который у нас на уровне министерств согласились и утвердили, абсолютно не соответствует.

Потому что полигон рассчитан на 800 тысяч кубов, если он заработает, в год, а там, по сегодняшним подсчётам, у них же, у специалистов, получается 550 тысяч, а тарифы рассчитаны на 800 тысяч кубов, и всё, и дальше так идёт. Поэтому жители после многократных обращений в разные инстанции просили как раз помочь, хотя бы чтобы власть у нас или прокуратура разобралась с ценообразованием, если даже полигон работает без лицензии.

В.Путин: Это в каком городе?

Н.Степанов: Чебоксары.

В.Путин: Прямо в Чебоксарах?

Н.Степанов: Да.

В.Путин: Понятно.

Н.Степанов: Возим в Новочебоксарск.

В.Путин: Я понял. Естественно, я сейчас прокомментировать это никак не могу. Но я Вам обещаю, что точно совершенно с этим разберусь, знаю, кому это поручить. И надеюсь, что эта проверка будет проведена быстро и эффективно. Первое.

Второе. Рост тарифов ЖКХ на четыре процента – это в среднем. Я уже говорил об этом, по‑моему, даже на «Прямой линии». А возможно и снижение, и в некоторых субъектах Федерации объявлен ноль на этот год. То есть роста вообще не будет никакого. И это не один и не два, там несколько десятков субъектов Федерации. А есть такие, где возможен рост до 10 процентов, но не бесконечный рост.

И, что особенно важно, хочу это сказать ещё раз: рост возможен в том случае, если губернатор или руководитель республики обратится в местный муниципалитет к депутатам местного муниципалитета, а те должны проголосовать, согласны они с этим повышением или нет – свыше четырёх процентов. То есть это должен быть обоснованный рост, связанный с ремонтом, с подготовкой к зиме и так далее, тогда, когда люди понимают, за что они платят. В данном случае в 16 раз рост этих платежей трудно, наверно, объяснить здравым смыслом, но надо посмотреть. Обязательно посмотрим, это точно я вам обещаю.

И потом надо разобраться с точки зрения закона. Если он не введён в действие, этот полигон, как он тогда вообще функционирует, непонятно.

И самое главное, напомню, что в 2014 году был принят соответствующий закон об экологическом сборе. В связи с тем, что сейчас экономике и так непросто, чтобы не накладывать дополнительную нагрузку на экономику, принято решение ввести с 1 января, по‑моему, 2017 года эти платежи. И тогда этот вид деятельности – утилизация отходов – будет экономически выгодный и целесообразный.

Очень рассчитываю на то, что начнётся строительство перерабатывающих заводов или, повторю ещё раз, это будут заводы, которые строит загрязнитель. То есть тот, кто производит промышленные отходы, и у него объёмы работы такие, что ему это будет целесообразно делать и выгодно направлять туда вот эти платежи утилизационные, экологические, или это будет делать группа предприятий под руководством региона.

Или если ни то, ни другое неэффективно, но утилизировать надо, это прежде всего промышленные отходы, связанные с батарейками, с холодильниками, с бытовой техникой, тогда это должен будет делать сам регион. Но нельзя, конечно, допускать вещей абсолютно незаконных и необоснованных экономически в ожидании 1 января 2017 года. Обязательно посмотрим.

С.Говорухин: Мужская рука с плакатом «Знаю как».

В.Путин: Что Вы знаете, скажите нам, пожалуйста.

Вопрос: Добрый день, Владимир Владимирович!

Да, у меня есть некоторые мнения и предложения по «окрашиванию» расходов средств Дорожного фонда. Из двух путей состоят мои предложения. Это создание единой электронной базы на основе электронных карт, на основе геоинформационных моделей. То есть мы сможем по каждому участку дорог иметь в электронной базе техническую информацию, иметь информацию по исполнителям, по заказчикам, по видам ремонтных работ, то есть можем проследить оперативно в режиме реального времени состояние дорог.

И второе – это создание сети для размещения информационных стендов вдоль дорог, это типа паспорта объекта, которые будут давать информацию любому жителю, автомобилисту, сколько денег потрачено на эти дороги и какого качества.

В.Путин: Я уже говорил вначале, сейчас Правительство как раз готовит эту информационную программу, в которую должна быть закачана информация, связанная со всем, что касается стоимости. Сейчас как раз Правительство этим занимается. Но если у Вас есть какие‑то дополнительные детали, давайте мы их посмотрим, потому что это всегда ведь связано ещё и с определёнными расходами, организация такой работы. Надо понять тогда, кто исполнитель, откуда источники и так далее. Давайте, в любом случае это полезно посмотреть.

В.Семёнов: А можно слово крестьянам?

В.Путин: Крестьянам? Конечно, даже нужно.

В.Семёнов: Уважаемый Владимир Владимирович!

Чтобы попасть на этот форум, я прошёл как минимум пять «круглых столов», где мы очень много обсуждали вопросов, на них возникало сотни. Я с точки зрения крестьянина проанализировал, посмотрел, очень многие имеют общие корни. Многие проблемы не сегодняшнего дня, они идут с 90‑х годов.

У крестьян, конечно, очень много вопросов, но сейчас хочу подать пример инновационного подхода к обучению на примере крестьян, но можно применить ко всей стране. У нас извечный вопрос, вчера слушали нас на нескольких площадках. Студенты заканчивают вузы, половина не идёт работать по специальности, а из той половины, которая идёт работать по специальности, почти никто не умеет работать, почти всех приходиться переучивать.

Кстати, забыл сказать: Василий Семёнов, Чувашия. Сегодня День чувашского языка.

В.Путин: Поздравляю.

В.Семёнов: Мы провели крестьянскую олимпиаду, концепцию описали, а суть в том, что из года в год проводим теоретико-практические и творческие олимпиады по разным возрастным группам школьников. Там интересные призовые, хорошая продуманная программа.

Что получаем в итоге? К окончанию обучения в школе многие школьники, получается, уже выходят специалистами. Если они пойдут учиться дальше в вуз, они уже идут туда осознанно и точно пойдут работать в сельское хозяйство или связанные с ним отрасли – чиновниками в сельское хозяйство, торговлю и так далее.

Точно так же, я услышал, в Саратовской области или в Самарской уже промышленные предприятия начали также делать. Для этого необязательно нужны государственные деньги. Деньги может вложить сообщество. Нам, предпринимателям, фермерам, сельхозпроизводителям, нужны кадры, мы можем сами тоже скинуться, чтобы их выучивать. Мы можем креативно подойти к этим вопросам? Можем. Также другие промышленники, скажем, другие отрасли народного хозяйства точно так же могут подойти.

Что это даст в итоге? Мы дадим людей целенаправленных, сэкономим деньги на обучение, и, главное, мы можем сегодня формировать общество будущего. Работая с учениками сегодня, мы получим результат через 10 лет, то общество, которое нужно. Те вопросы, которые сегодня есть, мы с теми людьми, с этим мировоззрением, культурным уровнем не решим полностью. Это невозможно. Нужны другие люди, которых надо вырастить.

Спасибо за внимание.

В.Путин: Хорошо.

Это, собственно, даже не вопрос, а предложение. Оно полностью совпадает с моей точкой зрения. Мы ведь много времени уже уделили тому, чтобы привлечь предпринимательское сообщество к решению вопроса подготовки кадров в соответствии с запросами рынка труда. Но надо сказать, что ведущие объединения подключились, и я очень рассчитываю на то, что эффект будет.

Что касается подготовки кадров для сельхозотрасли, я даже не знаю, насколько там обеспечено присутствие сельхозсектора в этой нашей совместной сейчас работе с бизнес-сообществом по подготовке кадров. Обязательно посмотрю на это.

Там женщина очень хотела что‑то сказать.

С.Талова: Владимир Владимирович, меня зовут Светлана Талова, я представитель Марийского регионального отделения ОНФ.

Я смотрю на всё и взглядом общественника, и взглядом журналиста, потому что занимаюсь журналистикой. Здесь на форуме присутствует, наверное, самая прогрессивная, самая активная и неравнодушная часть россиян. Многие проблемы, которые здесь обсуждались, решения по ним были найдены, и они применимы, наверное, ко всем регионам страны.

Но в том, что здесь самая активная часть россиян, может быть, и есть часть следующей проблемы. Наши гости, мы возвращаемся домой, возвращаемся к своим знакомым, к людям, которые нас окружают, и, к сожалению, видим, что тех, кто не верит, тех, кто не готов проявлять активность, а скорее предпочитает пассивную жизнь, увы, к сожалению, намного больше.

Обращаясь именно к тем, к Фомам неверующим, что бы Вы сказали? Что мы можем им сказать?

В.Путин: Работать надо всем вместе активно.

С.Талова: Спасибо.

В.Путин: Вы знаете, это же нормальное явление, здесь нет ничего особенного, подавляющее большинство людей живет спокойно, в обычном режиме своей собственной жизнью и действительно не проявляет такой активности, которую мы называем гражданской активностью, от этого они хуже не становятся. Это подавляющее большинство наших граждан.

А те люди, у которых есть такой внутренний огонь, который зовёт их в дорогу и вызывает желание сделать больше, чем положено по штатному расписанию, то это наша с вами общая задача – зажечь этим огнём и других людей и сделать так, чтобы они поверили в искренность тех целей, которые мы перед собой ставим в развитии страны.

Пожалуйста.

Вопрос: Владимир Владимирович, спасибо, что Вы предоставили слово.

Я член регионального штаба ОНФ Республики Башкортостан. Сердечко, которое я держала, это именно для того, чтобы привлечь внимание, потому что тема, которую хочу озвучить, прошла через сердце моё, и я думаю, что тысячи россиян в нашей стране, и мы поднимали эту тему в группе «Социальная справедливость» буквально вчера, и коллеги поддерживают её.

В общем, ситуация следующая. Мы хотим обратить Ваше внимание на маленьких пациентов, которым оказывается высокотехнологичная медицинская помощь. К сожалению, выделенная квота, конечно, даёт шанс на жизнь, но лечение, которое оказывается маленьким пациентам, не всегда бывает эффективным.

На каждого маленького пациента с врождённым пороком сердца государство расходует 340 тысяч рублей. А для того чтобы транспортировать этого ребёнка из Москвы, например, до Уфы в сопровождении реанимации, необходимо потратить 200 тысяч рублей, от 200 и выше. Вы знаете, в законе нет ни строчки, касающейся выделения средств из бюджета на реанимационное сопровождение грудных детей, маленьких детей к месту дальнейшей реабилитации или лечения, а таких в стране детей от 3 до 5 процентов.

Они проходят многоэтапный уровень операций, они проходят дальнейшее непрофильное лечение. Мы не можем их задерживать на кардиохирургических койках. Это дорого для государства. А многим семьям просто не вытянуть такие переезды. Если из Москвы в Уфу это столько стоит, а как долететь до Сахалина? Как это сделать? Если бы у регионов было хотя бы основание, хотя бы строчка, для того чтобы финансировать это, потому что нам говорят, что это нецелевое использование средств.

Поэтому огромная просьба, если это возможно, дайте, пожалуйста, такое поручение, чтобы разработать логистику перемещений этих тяжёлых детишек в сопровождении реанимации на родину, туда, где они родились, для того чтобы реабилитироваться и продолжать лечение и жить. Ведь мы вкладываем в них деньги и любовь.

В.Путин: Я думаю, что законодатель исходил из того, что на федеральные средства, выделяемые на оказание высокотехнологичной медицинской помощи… Это федеральные средства, и вы знаете, что они в разы увеличились за последнее время, просто в разы. Всё, что сопутствующее – логистика и так далее – это сферы деятельности региональных властей.

Но если это рассматривается как нецелевое использование денег и ограничивает возможности регионов, то это, конечно, проблема, которую надо решить. Она, может быть, действительно и денег‑то со стороны федерального бюджета не требует.

Я попрошу моих коллег из Администрации Президента, мы обязательно отреагируем на это.

Вот там поднимали табличку «Год кино»… Пожалуйста.

О.Баланчук: Я директор гимназии города Кургана Ольга Васильевна Баланчук. В образовании работаю очень давно… Это я всё оправдываюсь сейчас.

Владимир Владимирович, наверное, и вопрос, и предложение. Несколько лет назад мы все, кто работает в образовании, пережили достаточно приятные, опять же несколько только лет, модернизации образования. Этого мало, для того чтобы каким‑то образом в интересах всех наших детей решить вопросы с их сегодняшним современным образованием, к которому, собственно, мы все готовы.

Я работаю в той школе, которая находится «за МКАДом», и поэтому вполне понятно, что те проблемы, которые сегодня есть в регионе, отражаются, наверное, у нас у всех. Поэтому хотелось бы, конечно, государственной поддержки и хотелось бы… Собственно, мой вопрос в том, будет ли такая возможность всё‑таки почувствовать нам заботу о детях наших в процессе модернизации образования, а значит, и оснащения современной техникой и так далее. И конечно, предложение, чтобы всё‑таки, наверное, дать Вам, если можно, поручение, чтобы посмотрели, как сегодня в условиях нашей сегодняшней экономики можно это решить.

В завершение я хочу сказать, Вы знаете, очень хочется надеяться… Ещё Омар Хайям когда‑то сказал такие слова: «Пока на школу не назначена цена, просить у власти хлеб она должна. Наверно, школа плохо власть учила, коль нищенствуя жить обречена». Давайте, пожалуйста, сделаем так, чтобы наша школа не была нищенствующей, и, пожалуйста, обратите на нас внимание.

Спасибо.

В.Путин: Ольга Васильевна, мне кажется, что мы, когда сформулировали ряд задач, в том числе в области образования, и прежде всего это было связано с выведением доходов преподавателей на уровень средний по экономике региона, мы уже ясно показали, что считаем эту сферу деятельности весьма важной для государства.

Я знаю, что не во всех регионах ещё достигнута эта планка, и она двигается в связи с тем, что средняя по региону меняется, но мы, безусловно, всегда будем оставлять это в поле зрения. Это первое. И будем добиваться полного исполнения.

Второе, что касается материально-технического обеспечения, то это прежде всего вопросы, конечно, регионов Российской Федерации, но и из федерального бюджета мы соответствующую помощь оказывали. Там с регионами делали обмен: мы давали деньги на одно, скажем, на ремонт, а они вкладывали свои деньги, предусмотренные на ремонт, в оборудование. Это второе.

И третье. У нас рождается программа такая же, как по дошкольным учреждениям, программа по школам, хотя это такая достаточно большая и тяжёлая нагрузка для федерального бюджета, так как строительство школы и содержание школы – это прежде всего региональная задача, тем не менее это оставалось и будет оставаться в поле зрения Правительства тоже.

О.Баланчук: Спасибо, Вы нам дали возможность поверить действительно в то, что Вы к образованию таким образом относитесь. Когда был Ваш первый шаг, когда Вы стали Президентом и Вы пришли к своему классному руководителю, дайте нам возможность в это поверить и сейчас, что Вы действительно помните о системе образования.

В.Путин: Будем продолжать делать всё, что я сказал.

Там был плакат «Год кино», всё‑таки у нас Год кино, о чём речь, пожалуйста.

Т.Юсупов: Здравствуйте!

Юсупов Тимур, журналист.

Очень хотелось бы, чтобы в Год кино решили наконец вопрос с кинотеатрами. Я знаю, что планируется открытие много новых. Но на самом деле ситуация складывается таким образом, что в мегаполисах в центре города появляется по нескольку мультиплексов, фактически друг напротив друга. В той же Уфе, в моём родном городе, например, несколько кинотеатров есть вообще в шаговой доступности друг от друга. А в Демском районе, который находится не в центре, а далеко, где раньше было несколько двузальников, сейчас нет ни одного кинотеатра.

Соответственно, в малых городах, несмотря на то что Год кино, вообще кинотеатры закрываются. И если в Гугле написать строчку «в Год кино закрывается кинотеатр», то вы найдёте там не один ответ и не один город, особенно маленький, который страдает этим. И получается, что на самом деле без культурной среды и без кинотеатров не хочется возвращаться в село, не хочется возвращаться в районы.

И когда из деревень приезжает молодёжь в большие города, они в шоке от кинотеатров, они уже не хотят никуда уезжать, потому что кинотеатры и кино – это важнейшее из искусств, оно очень большое влияние оказывает. И хотелось бы, чтобы этот вопрос как‑то решили. Чем больше экранов на самом деле, тем больше зрителей, тем больше денег приходит в индустрию. Я думаю, они нужны.

Например, тот же «Экипаж» сейчас идёт в кинотеатрах. В 1979 году «Экипаж» посмотрел 71 миллион зрителей. Понятно, что у нас уже страна не такая, как тогда, чтобы то же самое количество зрителей, чтобы 71 миллион человек пришли на премьеру, но сейчас успешным фильмом в России считается картина, которую посмотрели 5–7 миллионов человек. То есть цифра гораздо меньшая, потому что кинотеатров в сто раз меньше. До сих пор за 20 лет мы не восстановили то количество кинотеатров, которое было.

Например, Китай, у которого вообще не была развита индустрия ещё десять лет назад, сейчас стал страной, с которой все считаются, с которой считаются голливудские студии, в которую вкладываются и делают фильмы, заточенные под их рынок. Они сняли свой фильм «Русалка», в апреле у них вышел, китайский режиссер Стивен Чоу, и на старте собрал 400 миллионов долларов. Неужели нам не нужны такие доходы и чтобы фильмы такой популярностью пользовались?

Спасибо.

В.Путин: Смотрите, когда‑то известный классик говорил, что из всех искусств для нас важнейшим является кино. Теперь некоторые считают, что из всех искусств для нас важнейшим является кулинарное искусство, поэтому вопросам кино уделяют меньше внимания. Хотя проблема, думаю, понятно откуда возникает и в чём её корни.

У нас произошла полная коммерциализация этой сферы деятельности. В советские времена всё это субсидировалось государством, поддерживалось государством, теперь нет. В городах с небольшим населением действительно это проблема, в населённых пунктах, там полное отсутствие кинотеатров.

Есть проблемы, которые возникают из сегодняшнего нашего бытия, а именно из интернета – в интернете можно всё посмотреть и в кино ходить не надо. Поэтому если уж люди идут в кинотеатр, то, видимо, они там ожидают каких‑то особых услуг. А если услуги должны быть какие‑то особые, то они стоят денег для тех, кто это делает. Это первое.

Второе. Наши сети кинотеатров полностью частные, сто процентов. Они, конечно, в основном и прокатывают, к сожалению, не российские ленты, а иностранные, и в этом смысле мы ещё отстаём от многих стран, которые оказывают эффективную поддержку своему кинопроизводителю, тем более что у нас, слава богу, это производство, это искусство, это творчество не умерло и есть большие перспективы.

Вы знаете, как организована сейчас поддержка, я сейчас не буду об этом говорить, – через соответствующий фонд, который распределяет деньги самостоятельно. Государство только выделяет эти средства, а уже специалисты сами эти средства распределяют. У нас действует совет по поддержке кино, совет возглавляет Председатель Правительства Дмитрий Анатольевич Медведев.

Но, разумеется, дело не в этих формальных вещах, а дело в том, чтобы наладить эффективную работу в этой сфере. Я считаю, что это очень важная сфера, и есть несколько проектов, которые должны привести как раз к изменению ситуации, прежде всего в городах с небольшим населением. Сейчас не буду их воспроизводить, одно из направлений активно поддерживал ваш коллега по ОНФ, Вы знаете.

Но посмотрим, будем делать, это непростой вопрос, связанный с финансированием. Фёдор Бондарчук всё тоже ругается по этому поводу, что у него с большим трудом это идёт, но вопрос важный, абсолютно с Вами согласен, и нужно обеспечить только, чтобы приоритет был отдан, во всяком случае, там, где государство будет это поддерживать, приоритет должен быть отдан прежде всего отечественным лентам.

Пожалуйста, что у Вас за картинка такая?

В.Курилин: Курилин Вячеслав, Челябинск.

Хотел бы такой вопрос поднять, по микрофинансированию. У меня картинка – это социальная реклама. С моей точки зрения, очень важно сегодня, так же как образование, повышение финансовой грамотности, в том числе с учётом социальной рекламы, чтобы люди видели не только о том, что супермен берёт микрозаём, и он такой прекрасный. Люди видели бы и обратную сторону.

Реальный пример из жизни. В Челябинске есть микрофинансовая компания, которая даёт кредиты под 3300 процентов годовых, 10 процентов в день. Мы вмешались в эту ситуацию, и удалось снизить размер процентов до 20 процентов годовых. Но это ситуация единичная.

29‑го числа вступили изменения, которые не позволяют взыскивать микрофинансовым компаниям кредиты более чем в четырёхкратном размере. Но есть одно «но»: этот закон не имеет обратной силы. И миллион человек не может выбраться из кабалы, из‑за того что этот закон не распространяется на предыдущие договоры. Предлагаем распространить действие этого положительного закона на предыдущие договоры. Это решит много проблем.

В.Путин: Практика, согласно которой закон обратной силы не имеет, она имеет место не только применительно к этому закону. Она вообще во всех системах права, в том числе в континентальной системе права, к которой относится российская, и не только сегодняшнего дня, но и ещё Российской империи и Советского Союза, это общее правило – закон обратной силы не имеет. Но, имея в виду большую социальную значимость, конечно, можно посмотреть.

В.Курилин: Исключения, наверно, возможны.

В.Путин: Давайте посмотрим.

Там плакат такой – «Экономика».

И.Невзорова: Владимир Владимирович!

Ирина Невзорова, компания «Бергауф» – строительные технологии, генеральный директор.

Мы полностью российская компания. В 2003 году Вы дали старт, можно сказать, нашему проекту на встрече с господином Шрёдером в Екатеринбурге. Тогда мы взяли немецкие технологии, построили наш первый завод.

Сейчас у нас уже четыре завода в разных регионах Российской Федерации. Это и Башкирия, и Татарстан, Свердловская область, Новосибирск. Мы каждый год улучшаем наши финансовые показатели и вытесняем транснациональные корпорации с рынка сухих строительных смесей.

Сегодня успешным российским компаниям необходим доступ к технологиям, для того чтобы дальше развиваться. Мы знаем, что летом будет сделано агентство по трансферу технологий. Мы его очень ждём. Мы хотели бы сказать, что мы видим основным ориентиром от лица промышленного комитета ОНФ, чтобы было импортозамещение, ориентироваться на отраслевые планы, которые уже сейчас есть по импортозамещению. Потому что на сегодняшний день даже в нашей продукции доля импорта очень высокая.

Сейчас мы очень просим сделать так, чтобы приоритет Вы назначили именно те отрасли, где у нас сейчас критическая доля импорта, и, второе, там, где у нас нет собственных технологических компетенций.

Спасибо.

В.Путин: Что касается этих отраслей, о которых Вы сказали, у нас в антикризисном плане Правительства намечена поддержка тех отраслей, которые прежде всего несут нагрузку или страдают от сегодняшней ситуации, связанной с курсовой разницей, да, строительная отрасль попадает туда.

Во‑первых, строительная отрасль попадает, больше всего там средств выделяется на автопром, на сельхозмашиностроение и так далее. Надо просто посмотреть, в какой части то, что касается строительной отрасли, должно пойти на решение тех проблем, о которых Вы сейчас сказали. А центр по трансферту технологий действительно должен заработать, надеюсь, что и в Вашем случае сработает эффективно.

Но я вот что хочу сказать: мы не должны стремиться к тому, чтобы всё импортозаместить, это неправильный путь. Мы должны импортозамещать критические технологии, на базе которых развивается вся экономика, и, конечно, связанная с оборонной промышленностью. Но всё импортозаместить мы не можем да и не должны, это неправильный путь.

И.Невзорова: Совершенно верно. Я ещё добавлю, что я даже говорю не о нашей строительной отрасли, там мы своими силами справляемся, я говорю в первую очередь про химическую отрасль, потому что там на самом деле нам, для того чтобы развиваться, сейчас нужен скачок, который даст и другим – и лёгкой промышленности, и всем остальным – развитие.

В.Путин: Согласен, правильно.

Пожалуйста, прошу Вас.

С.Кудинова: Кудинова Светлана Александровна, город Пермь, председатель территориального общественного самоуправления, член регионального совета ОНФ.

Владимир Владимирович, здесь очень много народа, мы на площадках со многими встречались, и, в общем‑то, вопросы задавали, знакомились и очень подружились все. Но я хочу Вам передать привет от микрорайона Крохалёво. Я, являясь председателем, каждый день встречаю, ко мне приходят 50–100 человек, это точно, и наши уважаемые пенсионеры Вас хотели спросить.

Вот убрали соцпакет, то есть те добавочки, четыре процента, которые последние шли, убрали у пенсионеров. Но наши пенсионеры работают и говорят: Светлана Александровна, мы будем смотреть телевизор не отходя, задай обязательно вопрос: вернут или не вернут эту добавочку нашим пенсионерам? Это первое.

В.Путин:
О какой добавочке речь идёт? Я что‑то не очень понимаю.

С.Кудинова: Компенсация пенсии работающим пенсионерам, наш сопредседатель, он всё знает.

Я что хочу сказать? Владимир Владимирович, такие стали продукты дорогие, пенсионеры у нас получают от 7 до 15 тысяч. И пойдёт он, бедный, сначала заплатит ЖКХ, это где‑то тысяч пять точно, пять-шесть тысяч, потом пойдёт купит лекарства себе, а там уж сколько осталось на еду‑то? Поэтому хотелось бы, чтобы доступные продукты такие: молоко, хлеб…

В.Путин: Базовые продукты.

С.Кудинова: Да, правильно Вы сказали, Вы всё правильно говорите, вот они как‑то были в какой‑то устойчивости, и чтобы люди наши питались, жили хорошо. А Вы знаете, что мы все стоим за Вами и не дадим нашего Президента в обиду никому.

В.Путин: Спасибо большое.

Вы знаете, да, как этот вопрос решался в советское время. Никак не решался. В советское время человек мог или пенсию получать, или работать. Вот то, что было сделано в 90‑е годы, когда человек и работал, и пенсию получал, было сделано в условиях полного развала экономики и социальной сферы – тогда все всё обещали и все старались чего‑то сделать.

Правительство приняло решение, о котором Вы сказали. При этом вот на что хочу обратить внимание. Когда человек решает всё‑таки прекратить трудовую деятельность и переходит на пенсию в полном объёме, вся индексация ему пересчитывается, и он будет пенсию получать в соответствии с той индексацией, которая ему была бы положена.

Что касается возврата к тому, платить или не платить, я думаю, что Правительство сможет об этом начать говорить после того, как будет ясно, что у нас в четвёртом квартале этого года происходит.

С.Кудинова: Спасибо Вам.

В.Путин: Секундочку, вон там ядерный центр.

Реплика: Владимир Владимирович, разрешите мне от ветеранов участников боевых действий в Ульяновской области поблагодарить за службу на посту Президента, потому что это очень важно на самом деле. Очень хорошо Вы делаете свою работу.

Мы бы хотели архиважный вопрос для нашего региона озвучить. В городе Димитровграде строится центр медицинский радиологии. Вы, наверное, знаете. Центр должны были сдать в 2013 году по плану. На сегодняшний день центр перенесли по сдаче на 2017 год, но ситуация идёт тяжело. С 2014 года Народный фронт Ульяновской области взял под свой контроль. В 2015 году рабочая группа в составе двух депутатов областной Думы приехала к нам, мы широкую рабочую группу провели. И спасибо Вам, что возродили там, восстановили финансирование этого центра. Мы бы хотели, конечно, чтобы Вы взяли под свой контроль, это ядерный центр строительства, потому что архиважно, говорю, потому что в Европе такого центра нет, это только у нас строится, в России.

В.Путин: Нет, там тоже есть, почему? У нас изотопы свои есть.

Реплика: А это комплекс, Владимир Владимирович, это комплекс строится у нас. И хотелось бы, чтобы Вы взяли под свой контроль, если есть возможность, чтобы Вы приехали к нам вместе с нами посмотрели, как это строится, достраиваться будет, и открыли вместе.

В.Путин: Я точно Вам обещаю: я выясню причины задержек, и постараемся их ликвидировать.

Реплика: И второй вопрос очень серьёзный, про кадры, хотели бы озвучить, потому что в 2013 году, когда планировали открыть, наши специалисты, наши студенты получали образование, а эти студенты сейчас уехали в Европу. На самом деле, когда откроется этот центр наш, а специалистов нет, чтобы там работали.

В.Путин: Не знаю, надо посмотреть. Во‑первых, у нас многие возвращаются, а во‑вторых, отток у нас специалистов почти нулевой сейчас, он есть, но он очень незначительный, а возврат достаточно серьёзный.

Поэтому я никаких проблем с обеспечением кадрами подобных высокотехнологичных медицинских учреждений не вижу. Но всё равно, конечно, я поговорю со специалистами, чтобы никаких неожиданностей здесь не возникло.

Реплика: И третье – жильё. Специалисты, которые придут к нам работать, они должны быть обеспечены жильём. Тоже важный вопрос.

В.Путин: Это правда. Но Вы знаете, когда мы осуществляли программу строительства высокотехнологичных медицинских центров по регионам, мы делали так: Федерация вкладывала деньги и готовила соответствующее учреждение, насыщала техникой, привлекала специалистов, а регион обеспечивал жильём. Мы об этом договаривались с регионом. Я думаю, что и здесь такая же должна быть ситуация. Но я посмотрю. Конечно, чтобы привлечь высококлассных специалистов, а я Вас уверяю, они точно найдутся, потому что на такой классной технике, которая там будет работать, желающих найдётся немало, но нужно, чтобы у них были достойные условия. Обязательно поговорим.

Пожалуйста, вот там девушка.

Вопрос: Здравствуйте, уважаемый Владимир Владимирович!

Я бы хотела поднять очень острую тему – сохранение культурного наследия, и поблагодарить Вас за те поручения, которые Вы уже выдали в этой сфере, в том числе за закон о защитных зонах и объектах культурного наследия, который Вы недавно подписали.

Почему это важно? Потому что это может приостановить так называемое подсечно-огневое градостроительство, которое есть в исторических городах. То есть когда специально историческую застройку выжигают, для того чтобы построить новострои.

Мне бы хотелось сказать, что проблемы в этой сфере такие, как, например, застройка охранных зон, снос объектов культурного наследия, исключение объектов культурного наследия из реестра – это связано прежде всего с тем, что региональные органы охраны на местах выполняют функции, противоположные заданным.

Они не сохраняют объекты культурного наследия и очень часто злоупотребляют своими полномочиями в том плане, например, что у нас в Нижегородской области сейчас 340 объектов культурного наследия, храмов, были сняты с охраны. То есть они теперь поставлены под угрозу. И это было сделано в нарушение законодательства.

Или, например, вопиющий случай, когда Управление государственной охраны объектов культурного наследия Нижегородской области согласовало строительство трехэтажного ресторана на территории музея-заповедника в Болдино. Еле удалось предотвратить это.

Какие предложения по этому поводу? Почему так происходит? Потому что в 2014 году в новом законе об объектах культурного наследия контроль за региональными органами в регионах Минкульт больше не осуществляет в отношении региональных памятников. То есть Министерство культуры Российской Федерации не может, например, провести проверку органов региональных охраны, не может организовать административное преследование чиновников на местах, и всё это спускается на уровень прокуратур. То есть получается, что потеряна федеральная вертикаль контроля за региональными органами охраны объектов культурного наследия.

Моё предложение: вернуть всю полноту надзорных и контрольных функций за региональными органами объектов культурного наследия Министерству культуры Российской Федерации.

Можно ещё один момент? У меня такая просьба, можно сказать, личная. У нас в Нижнем Новгороде есть уникальный дом – это дом купца Смирнова, он выстроен в русском стиле, очень красивый дом, но, к сожалению, это собственность областного правительства, и два года он уже, так сказать, заброшен и разрушается.

Моя просьба, чтобы началась реставрация этого здания в том плане, что область – это собственник, и она должна выполнять как бы охранные обязательства по отношению к этому зданию и реставрировать. Уже задел для этого есть.

Есть проект реставрации кровли этого здания, бюджетные деньги потрачены, но он почему‑то приостановлен. Это здание продаётся сейчас областным правительством, но это не отменяет его реставрации.

В.Путин: Уверен, что Валерий Павлинович нас услышит и из уважения к нам с Вами отреагирует.

А что касается первого вопроса, то он чрезвычайно важный, потому что без этого материального культурного наследия трудно представить себе Россию. Мы долго думали и спорили в своё время, как разделить ответственность и что передать на региональный уровень с федерального.

Думаю, что те, кто принимал решение в той области, о которой Вы сейчас сказали, всё‑таки не учли одной чрезвычайно важной вещи. В чём она заключается? Не могут себя контролировать те, кто производит какие‑то действия. Эта функция делания и контроля должна быть разъединена, поэтому мы к этому обязательно вернёмся. Спасибо Вам за то, что обратили на это внимание.

Коллеги, дорогие, вы меня ради бога извините, но мне, к сожалению, надо возвращаться в Москву, не сердитесь на меня. Мне очень интересно с вами, честное слово, и очень полезно. Хочу вас поблагодарить за вашу работу, поблагодарить за то, что вы делаете, и выразить надежду, что это наше сотрудничество продолжится и в будущем. Спасибо большое.

С.Говорухин: Поблагодарим наших ведущих. И спасибо, Владимир Владимирович.

видео тут



Власти Сочи переходят на усиленный режим

25-12-2015

Из-за наплыва туристов власти Сочи переходят на усиленный режим. Об этом сообщили в администрации Краснодарского края. В состав штаба вошли представители краевых и городских властей.

На новогодние каникулы число туристов, которые приедут на курорт, может составить почти 300 тысяч человек. В связи с этим все службы Сочи с 28 декабря перейдут на усиленный режим работы.

Также в каждом районе будут созданы мониторинговые группы. Их задача - наблюдать и своевременно решать вопросы с очередями в магазинах, на автобусных остановках, в банках, сообщает пресс-служба.



Российские отели оказались почти полностью загружены на новогодние праздники

24-12-2015

Российские отели оказались почти полностью загружены на новогодние праздники. Об этом сообщается в исследовании туристического поисковика Hotellook.

В Санкт-Петербурге на данный момент почти в 80 процентах гостиниц уже нет свободных мест на праздники. На втором месте по частоте оказался Крым — 73,5 процентов гостиниц забронированы в период с 30 декабря по 10 января. Отмечается, что по сравнению с прошлым Новым годом число российских путешественников в местных отелях увеличилось вдвое.

На третьем месте оказалась Москва, где осталось лишь 30 процентов свободных номеров.

Гостиницы Казани и Шерегеша загружены на 69 процентов. Специалисты отмечают, что, как и в случае в Крымом, интерес к этим регионам в этом году вырос как минимум вдвое.

Согласно данным Hotellook, в настоящий момент на период праздников не более половины номерного фонда доступно на Красной Поляне, в Домбае и Белокурихе.

Ранее 11 декабря сообщалось, что Сочи возглавил рейтинг самых любимых россиянами горнолыжных курортов. Этой зимой конкуренцию ему могут составить только Минеральные Воды и Мюнхен.



«Разговор с Дмитрием Медведевым». Интервью пяти телеканалам

09-12-2015

Председатель Правительства ответил на вопросы телеведущих Ирады Зейналовой («Первый канал»), Сергея Брилёва («Россия»), Кирилла Позднякова (НТВ), Елизаветы Осетинской (РБК) и Михаила Фишмана («Дождь»).

Стенограмма:

«Разговор с Дмитрием Медведевым». Интервью пяти телеканалам

С.Брилёв: Здравствуйте, уважаемые телезрители! От лица медиахолдинга – организатора этой программы приветствую вас в эфире телеканалов «Россия 1», «Россия 24», радиостанций «Вести FM» и «Маяк». В эфире ежегодная программа «Разговор с Дмитрием Медведевым».

Здравствуйте, Дмитрий Анатольевич!

Д.Медведев: Добрый день! Привет!

С.Брилёв: Дмитрий Анатольевич, Вы хорошо знаете всех моих коллег, но на правах канала-вещателя хотел бы позволить себе задать первый вопрос.

Год был, мягко говоря, непростым. Правительством был разработан «антикризисный план». Но помимо того, что он сыграл свою роль, работает ли он, требуется, конечно, ремарка. Раз в три месяца мы слышим, что дно пройдено, начался подъём. Подъём начинается, потом прекращается, потом начинаются какие-то новые тенденции. Какие у Вас ощущения: работает «антикризисный план», нет?

Д.Медведев: Ситуация действительно непростая, хотя, напомню, последние годы у нас лёгкими и не были. Такова текущая международная ситуация и наша внутренняя ситуация. Если говорить о моих оценках, то могу сказать, что «антикризисный план» сработал. Он позволил нам выдержать наиболее сложный период этого года, и практически по всем направлениям, которые мы для себя наметили в качестве важнейших, этот план принёс результат.

Что я имею в виду? Ведь у нас задача была какая? Остановить падение производства, остановить падение экономики. Сейчас на базе тех данных, которыми располагает Правительство, располагает Министерство экономического развития, я могу сказать, что падение экономики и падение производства приостановлено, и мы исходим из того, что следующий год мы уже будем расти. Это первое.

Второе, о чём бы хотел сказать. Конечно, важнейшей задачей любого «антикризисного плана» является не допустить сползания уровня жизни людей. Насколько это удалось, судить, конечно, нашим гражданам, но всё-таки хотел бы отметить, что мы сумели воплотить в жизнь важнейшие мероприятия, в том числе проиндексировать страховую часть пенсии, причём проиндексировать на всю сумму инфляции. В результате пенсионные начисления, пенсионные выплаты для людей, которые получают пенсию, не обесценились. Это очень важно с учётом того, что на такого рода индексацию в условиях практически экономического кризиса идут очень немногие страны. Мы это сделали.

Третье, о чём хотел бы сказать и что, на мой взгляд, исключительно важно с точки зрения общего состояния дел в экономике. Конечно, это поддержка финансовой системы. Потому что мы можем сколь угодно долго рассуждать о том, что нужно заниматься доходами каждого конкретного человека, нужно стараться индексировать выплаты, но если финансовая система даёт сбой, если банковская система рушится, то всё, тогда труба. Мы нашу финансовую систему поддержали, и банковская система работает нормально. При этом я не могу принять упрёков, которые иногда звучат. Говорят: вы банкам помогли, а банки такие-сякие, у них и денег много, и всего остального. Но если банки несутся в пропасть, если они распадаются, то останавливается вся экономика. Люди, которые помнят кризисные события 1998 года и некоторых других периодов, это отлично знают.

Мы смогли поддержать нашу промышленность и сельское хозяйство. У нас работает целый ряд программ. Ведь куда кризис прежде всего ударил? По наиболее чувствительным сферам, типа автомобильной промышленности. Мы вложили деньги в наш автопром, и сейчас, несмотря на падение… Там есть падение, это правда, но всё-таки оно не такое, как это предполагалось изначально. Сельское хозяйство. Здесь вообще ситуация вполне неплохая, потому что в этом году мы получим от 2,5 до 3% роста сельского хозяйства, и это в условиях, когда у нас есть целый ряд ограничений, прежде всего финансовых. Вот поэтому я считаю, что «антикризисный план» сработал. Отдельный вопрос, надо ли этот план пролонгировать на будущее.

Е.Осетинская: Дмитрий Анатольевич, бюджет следующего года кажется очень оптимистическим, и цена на нефть заложена в него выше на 10 долларов, чем есть сейчас, и инфляция в два раза ниже, чем есть сейчас, и рост против падения. Не кажется ли Вам всё-таки, что это чересчур оптимистичный план? Есть ли у вас план Б и за счёт чего планируется достигать этого сценария, который вы заложили в бюджет?

Д.Медведев: Мне кажется, что по текущим оценкам, исходя из сегодняшнего прогноза… Объясню, почему я говорю именно «сегодняшнего», – потому что в условиях такой волатильности, как говорят экономисты, то есть таких вот движений в развитии экономики, конечно, прогноз у нас многократно менялся. Так вот в условиях текущих оценок и текущего прогноза я считаю, что этот прогноз, этот сценарий вполне реалистичен. Мы действительно можем в два раза снизить инфляцию, практически до 6,4%, как это и предполагается, именно потому что инфляция уже замедлилась. Вы знаете, что в последние несколько месяцев инфляция практически остановилась. Это первое.

Второе. Мы способны выйти на траекторию, может быть, не уверенного, но всё-таки определённого роста экономики. Здесь оценки разнятся, не скрою. У Центрального банка свои оценки, они чуть менее оптимистичны, чем оценки, которые даёт Минэкономразвития. Но даже самые пессимистичные оценки дают около нуля, а относительно оптимистические оценки роста экономики – где-то под 1%. Это неплохо в условиях того, что, напомню, мировая экономика тоже растёт не очень быстрыми темпами. В европейской зоне рост 1,5%, причём это средний рост, некоторые экономики падают. Но у наших партнёров, например таких близких партнёров, как Бразилия, рецессия уже 18 месяцев идёт. Очень серьёзное замедление в китайской экономике, то есть это всё ещё и отражение международных процессов.

Поэтому, безусловно, мы исходим в настоящий момент из реалистического сценария. Но мы были бы плохими управленцами, если бы не имели, как вы сказали, плана В и даже плана C, если потребуется для такой ситуации. Конечно, цены на нефть не радуют. Мы с вами недавно как раз обсуждали этот вопрос. Действительно, если говорить о текущем тренде цен на нефть, то он, может быть, самый низкий за последние 17 лет. Я напомню, что происходило в последние годы. Ведь от максимума, который был ещё совсем недавно, буквально несколько лет назад, когда цены достигали 150 долларов за баррель, мы спустились сейчас на уровень нефтяных цен в районе 37–38 долларов за баррель. Я имею в виду цену Urals, а не цену Brent, которая обычно у нас фигурирует во всяких разных табличках и на наших компьютерах. Так вот, если сопоставить эту цену на нефть с ценой 1998 года, когда был абсолютный минимум – около 9 долларов за баррель, я имею в виду минимум уже российского, не советского периода, то покупательная способность доллара к тому периоду практически в три раза изменилась. То есть мы можем считать, что мы сейчас находимся на самых низких нефтяных ценах за последние практически 20 лет.

Конечно, плохо, что наша экономика в такой степени зависит от нефти, но такова её структура и не мы её формировали. Она формировалась лет 60 последних, и за пять-десять лет это не делается, изменения таким образом. Поэтому если потребуется, если будут тяжёлые события, если будет продолжаться совсем негативный сценарий на углеводородном направлении, на нефтяном и на газовом треке, нам придётся вносить коррективы, и в этом смысле позиция Правительства будет абсолютно реалистична.

М.Фишман: Дмитрий Анатольевич, раз зашла речь о ценах на нефть. Понятно, что в условиях сокращения доходной части бюджета приходится резать и бюджет в целом. Но у меня вопрос про структуру бюджета, потому что в течение последних нескольких лет мы наблюдаем за значительным ростом (относительным) военных расходов на фоне снижения расходов социальных. Речь идёт об образовании и о здравоохранении. Хочется, чтобы Вы это прокомментировали. Идёт ли речь о, если угодно, смене приоритетов в этом смысле?

Д.Медведев: Михаил, у меня несколько иные ощущения. Мы действительно в какой-то период пошли на увеличение расходов на оборону. Это так. Причём это было сделано уже практически пять лет назад, и я считаю, что мы не просчитались, что мы сделали это абсолютно правильно, потому что к тому времени, к сожалению, состояние нашей техники военной, да и, собственно, состояние Вооружённых Сил, было существенно ниже требований. Сейчас мы подтянули эти расходы до мирового уровня, и у нас есть задача – переоснастить вооружениями новыми, новой военной техникой к 2020 году наши Вооружённые Силы практически на 70%. И эта задача будет выполнена, никаких сомнений быть не может. Почему? Потому что вопросами безопасности, вопросами обороноспособности ни одна страна жертвовать не может, даже самая маленькая. Самая, может быть, небольшая по населению и по территории страна обязана планировать значительные средства на оборону и безопасность. А что говорить о нашей стране? Мы самая большая, самая крупная в мире страна, с самой протяжённой границей. Если у нас не будет нормальных Вооружённых Сил, у нас просто страны не будет. Это, по-моему, очевидная вещь.

Но я сейчас говорю об этом не ради того, чтобы сказать, что мы нарастили расходы на безопасность и Вооружённые Силы и это наш главный приоритет, основной приоритет, а всё остальное подчинённо этому. Это была бы однобокая позиция. Действительно, в какой-то момент это нужно было сделать.

Что касается социальных расходов. Давайте признаемся прямо и откровенно: за последние 15 лет у нас был опережающий рост социальных расходов. Да, сложились для этого предпосылки – экономические предпосылки: цены на нефть стали высокими, мы могли больше тратить. В результате мы очень сильно расширили объём социальных обязательств, очень сильно. Достаточно вспомнить зарплаты, пенсии конца 1990-х годов, даже привязанные к иностранной валюте, и сегодняшние – это совершенно разные цифры. И мы ничего не снизили. Ничего не снизили! Ни от одного социального обязательства не отказались. Поэтому социальный бюджет в этом смысле развивался практически по тому же сценарию, что и бюджет Министерства обороны.

Вы сказали про отдельные сегменты: образование, здравоохранение. Я, естественно, понимал, что вы меня об этом спросите. Знаете, я вчера специально посмотрел по цифрам, поговорил ещё раз с коллегами-министрами. Бюджет системы образования – и федеральный, и консолидированный – практически неизменен. Он, может быть, меняется на одну десятую от размера ВВП в сторону снижения. Практически неизменен. Бюджет здравоохранения на следующий год – и федеральный, и консолидированный – растёт. Немного совсем, это тоже десятые доли ВВП, но он растёт, не снижается. Поэтому вопреки почему-то существующей позиции или даже мифу какому-то, что у нас социальные расходы падают, а расходы на вооружение растут, это не так. Наши социальные расходы стабильны, и они не падают.

Другое дело, что, если бы нам позволяли условия, обстоятельства, может быть, мы бы их нарастили. Для этого возможности сейчас нет. Но хочу ещё раз подчеркнуть: и в отношении образования, и в отношении здравоохранения приоритеты остаются прежними, расходы остаются теми же, что и в этом году.

К.Поздняков: Дмитрий Анатольевич, я хотел продолжить тему здравоохранения, здоровья нации. С одной стороны, вроде бы мы стали делать больше высокотехнологичных операций – это несомненный плюс. С другой стороны, в прессе появляется достаточно много данных со ссылкой на некие ведомственные исследовательские институты типа минфиновских о неких планах по введению норм на проведение осмотров врача, вызов скорой помощи. Мол, всё, что свыше нормы, будет за деньги. Это что? Кто-то покушается на святое, на бесплатную медицинскую помощь?

Д.Медведев: На святое никто не покушается. Кто будет покушаться, по рукам дадим и по другим частям тела.

К.Поздняков: Им уже придётся обращаться.

Д.Медведев: Им уже придётся обращаться, совершенно справедливо, за медицинской помощью. Но, конечно, мы должны понимать, как эти деньги расходуются, поэтому нормирование должно быть обязательно. Ведь бесплатная для человека помощь только на первый взгляд бесплатная. Естественно, она складывается из того, что называется национальным богатством, за счёт тех налогов, отчислений, которые платят все – и физические, и юридические лица, и она должна правильно расходоваться, эта часть бюджета.

Поэтому мы ввели гарантии бесплатной медицинской помощи. Что это означает? Что каждому человеку гарантирован определённый набор медицинских услуг. И эти гарантии должны свято соблюдаться. Там, где их пытаются обрезать, – это действительно недопустимо, и это требует вмешательства и властей, я имею в виду исполнительной власти, и правоохранительных органов. Это, безусловно, так.

Но мы должны следить за тем, чтобы эти гарантии соответствовали современным требованиям. Вот вы упомянули высокотехнологичную медицинскую помощь. Я, конечно, не могу тоже об этом не сказать. Я когда-то, может быть, вы помните, занимался национальными проектами, один из них касался здравоохранения.

Что мы тогда сделали? Мы впервые за вообще всю современную историю России стали делать нормальные бесплатные высокотехнологичные операции на современном оборудовании. Так вот с тех пор объём таких операций увеличился раз в десять. Причём всё это мы нарастили за последние, наверное, семь-восемь лет, и теперь целый ряд высокотехнологичных медицинских манипуляций, вмешательств проводится бесплатно, причём очереди нет, не по всем, конечно, видам операций, но по целому ряду даже очереди нет. Я считаю это очень существенное, просто кардинальное изменение в системе здравоохранения, потому что одно дело – просто за лекарства заплатить (это так или иначе всё равно люди делают), а другое дело – заплатить за высокотехнологичную медицинскую помощь (это страшно дорого). Во всём мире это делается, как правило, за счёт системы обязательного медицинского страхования или добровольного медицинского страхования. Но мы пока идём в основном, естественно, за счёт системы обязательного медицинского страхования. Эта система очень неплохо работает. Значительная часть наших людей стала делать такие операции в России, а не ездить за границу, потому что за границей и дороже, и всякие другие проблемы существуют. Вот это нужно сохранить обязательно.

Обратите внимание, что Президент в своём Послании специально об этом сказал: что до тех пор, пока не заработает в полной мере, полноценно система обязательного медицинского страхования в части, касающейся высокотехнологичной медицинской помощи (там нужно некоторые распорядительные решения принять и просто запустить определённые экономические процессы), мы вынуждены будем эти операции по так называемой ВМП финансировать прямым счётом из бюджета. Просто брать деньги из бюджета и давать. Я считаю, что это лучшая гарантия того, что медицинские услуги будут доступны населению.

Проблем в системе здравоохранения полно. Есть и услуги, которые должны быть бесплатны, но за них деньги тянут. Поборы, взятки – это есть, это всё мы понимаем и видим. Но это наша общая задача – с этими процессами справиться. Это задача и исполнительной власти, и правоохранительных органов, и самих людей. Они должны понимать, что чем больше они идут на поводу у таких запросов, тем более развращённой становится система.

Жаловаться нужно, говорить о том, что за элементарную медицинскую операцию или за элементарную медицинскую услугу с нас тянут деньги.

К.Поздняков: Жаловаться кому, куда?

Д.Медведев: Ну куда жаловаться? Естественно, в вышестоящие органы. Это отделы, управления здравоохранения в регионах. О том, что конкретный врач или конкретная поликлиника, конкретная больница пытается коммерциализировать эти услуги. Поможет, не сомневайтесь.

И.Зейналова: Дмитрий Анатольевич, Министр Силуанов на заседании Совета Федерации заявил, что следующий год будет последним, когда Правительство сможет воспользоваться резервным фондом для компенсации дефицита бюджета. Не тревожно?

Д.Медведев: Определённую тревогу слова Силуанова должны внушать, но мы разумные люди и адекватные. Задача Министерства финансов – в известной степени нагнетать страхи и сгущать краски. Напрямую говорю об этом. Почему? Потому что если не Министерство финансов это делает, то не сделает никто. Министерство финансов – это последний рубеж, поэтому любой министр финансов, как бы ни была его фамилия, обязан всегда драматизировать ситуацию. И это правильно.

Что касается наших резервов. Давайте по-честному признаемся, мы для чего их создавали? Мы их создавали для того, чтобы при такой ситуации, как сложилась сейчас, их тратить, а не просто сидеть вот так вот и говорить: «Ну да, ну тяжело, но тратить не будем. Сожмёмся ещё больше, откажем себе во всём и тратить резервы не будем». Ну зачем нам такая позиция? Мы их, естественно, тратим, но тратим разумно. Мы рассчитали: действительно, эти резервы конечны, но если события будут развиваться на основании тех прогнозов, которые мы имеем, эти резервы позволят нам пережить наиболее сложный период в нашей экономике. Это первое.

Второе. Как только возникает возможность (а такие возможности даже в течение этого года были), резервы надо пополнять. У нас довольно высокая волатильность курса рубля, как только возникают возможности, Центральный банк докупает валюту – по сути, занимается резервированием. Мы и дальше это будем делать, поэтому задача Правительства, задача грамотного Правительства, – а я считаю, что у нас именно такое Правительство, – заключается в том, чтобы, с одной стороны, резервы расходовать, а с другой стороны, не допустить ситуации, когда мы окажемся с пустыми карманами. И вот на страже этого стоит господин Силуанов.

И.Зейналова: И пугает нас.

Д.Медведев: И пугает нас.

К.Поздняков: Когда он говорит о том, что нам придётся когда-нибудь встать перед выбором – либо новые налоги вводить, либо урезать социальные расходы, он просто нас так немножко пугает?

И.Зейналова: Тот самый плохой парень.

С.Брилёв: А давайте вот по налогам конкретно.

Д.Медведев: Во-первых, Ирада, вы правы. В Правительстве должны быть и плохие, и хорошие парни. Мы все роли заранее распределили, сомнений нет. Вот я хороший парень.

С.Брилёв: Ой, а можно хорошему парню задать вопрос, Дмитрий Анатольевич? В частности, про налоги, коль мы о них заговорили. Ну чем заканчиваются истории с налогами на элитное жильё и на роскошь, мы на примере господина Депардье знаем: он переехал в Российскую Федерацию.

Д.Медведев: И не только он.

С.Брилёв: И приезжают они, в частности, из-за 13-процентного налога. И вот тут вопрос не от богатых, а от среднего класса, который, конечно, с некоторым трепетом следит за иными думскими дискуссиями, особенно в левой среде, о том, чтобы, возможно, ввести прогрессивную шкалу, уйти от 13%. Как Вы к этому относитесь?

Д.Медведев: Сергей, а вот вы себя средним классом почитаете?

С.Брилёв: Да.

Д.Медведев: Вы вот как относитесь к тому, чтобы ввести «прогресс»?

С.Брилёв:Вы меня ставите в странную ситуацию. Я ни разу в выборах не участвовал и не собираюсь, а Вы меня заставляете дать политический ответ. Плохо я отношусь к этому. Я считаю, что 13% должно остаться.

Д.Медведев: Ну понятно. Я на самом деле вчера среди своих коллег-министров тоже провёл мини-опрос по поводу нашей налоговой системы, понимая, что мы об этом будем разговаривать, в том числе, может быть, даже выйдем на этот вопрос – по прогрессивному налогообложению. Я считаю, что, во-первых, 13-процентный налог подоходный, который мы ввели в 2000 году, – это, может быть, то, что нам удалось на 100%. Нам – я имею в виду в данном случае власть, которая существует с 2000 года: Президенту Путину, Правительству и другим властям, которые впоследствии этим всем занимались. Этот налог вывел нас в совершенно другую лигу. Вспомните, как в 1990-е годы платились деньги (здесь все в 1990-е годы работали, отлично это помнят): деньги, естественно, значительная часть денег, платились в конвертах. После перехода на 13-процентный уровень серая зона практически ушла, все налоги платятся (я имею в виду подоходный налог). Выгоднее платить, чем не платить. Ну зачем же нам резать курицу, которая нам несёт такие золотые яйца?

Да, существует точка зрения, многие левые партии этой точки зрения придерживаются, что прогресс необходим. Вопрос в чём? Вопрос в готовности нашего общества к прогрессивному налогообложению и готовности нашей налоговой системы. Ведь прогрессивное налогообложение имеет плюсы, потому что оно как бы более справедливо уравнивает шансы всех, кто принимает участие в делёжке общественного пирога, тех, кто участвует в формировании налогов, и тех, кто пользуется потом общественными фондами. Так вот, для того чтобы собрать прогрессивный налог, требуются существенно бóльшие затраты на администрирование. Нам просто придётся тогда всех заставить подавать декларации, пусть даже в электронной форме. Даже если у тебя совсем небольшая зарплата, тебе придётся подавать декларацию и с одного места работы, и с другого места работы. Это существенно всё усложнит.

И наконец, последнее, на мой взгляд. Есть страны, где неуплата налогов является тягчайшим преступлением. У нас нет пока этого, как во многих странах, где не заплатить подоходный налог или какой-то другой налог является просто невозможным.

Поэтому было принято решение (оно было поддержано Президентом) о том, что мы в ближайшие годы налоговую систему не трогаем вообще и 13-процентный подоходный налог не трогаем в частности.

И наконец, самое последнее. Для того чтобы всё-таки те, кто получает больше, каким-то образом своими доходами делились… Ведь доходы для чего нужны? Редко кто просто сидит на своих капиталах и никуда их не вкладывает. Обычно это приобретение недвижимости, автомобилей. Так вот, у нас теперь дорогая недвижимость и дорогие автомобили облагаются по повышенной ставке. И тот, кто приобретает дорогую недвижимость, всё равно частью своих доходов будет делиться. Я думаю, что в настоящий момент это оптимальный подход. А что будет через пять-семь лет, поживём – увидим.

К.Поздняков: Может быть, затронем вопрос экономии? Причём экономии такого толка… Наверное, вопрос народный будет абсолютно, поскольку именно в народе ходят легенды о том, что у чиновников, в том числе бывших, какие-то невероятные льготы, что все эти льготы съедают бюджет, что расходы на госаппарат, несмотря на заявленные решения о том, что они сокращаются, тем не менее растут в ущерб другим программам. Здесь есть что ужать? И правильно ли такое ощущение?
«Разговор с Дмитрием Медведевым».

Д.Медведев: Есть что ужать, и ощущение правильное. Ощущения должны в данном случае заключаться в том, что расходы на государственный аппарат у нас раздуты. Государственный аппарат вообще такая субстанция… Как только отворачиваешься в сторону, у него есть свойство сразу же расширяться. Он живёт по известным управленческим законам. На моей памяти (а я уже достаточно давно на государственной службе) мы многократно принимали решения о сокращении госаппарата, и дело не в том, что мы их не проводили в жизнь. Мы их проводили в жизнь, но потом проходит полгода, год – нужно добавить сюда. Новая задача, новая функция появилась – давай туда дадим. Или же принять решение по закупке новой техники, ещё чего-то. В результате эти расходы растут. Я считаю, что любое правительство в любой стране регулярно должно принимать решения о сокращении расходов на государственный аппарат, отсекать лишнее.

Плюс у нас ещё есть некоторые традиции, которые сформировались и в советский, и в постсоветский период. Скажем прямо, наши чиновники привыкли ездить на более дорогих автомобилях, например, чем чиновники в других странах, это так. Не думаю, что это правильно. Если у тебя есть доходы, покупай личную машину и катайся себе в удовольствие, но государственные машины должны быть нормального среднего класса, не эксклюзивной линейки.

Мы приняли решение сократить наши министерства, которые относятся к правительственному блоку. По силовикам – это, во-первых, отдельное решение, оно принимается Президентом, это связано с безопасностью, хотя там тоже есть решения. Так вот, по правительственному блоку мы приняли решение сократить аппарат приблизительно на 10%, начиная со следующего года. Это не в первый раз, просто потому, о чём я только что говорил. Мы это решение, естественно, доведём до конца.

Кроме этого сокращается целый вид расходов на содержание государственного аппарата, принимаются решения по другим направлениям, включая, кстати сказать, даже вопросы пенсионного обеспечения и отпусков госслужащих.

В какой-то момент мы тоже так собрались, и я обратил внимание.

Говорю: коллеги, посмотрите, у нас государственные служащие отдыхают больше, чем другие категории населения. Давайте, так по-честному скажем: у нас существенно более вредная работа? Можно по-разному к этому относиться. Работа сложная, но считать, что вот здесь есть какая-то особая специфика и государственные служащие должны отдыхать, например, больше, чем другие бюджетники, – я не вижу здесь такой специфики, скажем прямо. И мы решили сократить отпуска. Наверное, кто-то из моих коллег госслужащих нам за это спасибо не сказал, но вообще-то это справедливо. Я считаю, что это правильно.

Ну и по поводу регионов. Потому что я сейчас удар, что называется, на себя принял, теперь в отношении регионов. По регионам действительно существует решение о выплате всяких разных бонусов и о содержании государственного аппарата – бывших высших должностных лиц за счёт местных региональных бюджетов. Это дело региона. Вот я считаю, что регион должен по-честному признаться своим гражданам, то есть региональные руководители. Если они считают, что у них совершенно выдающийся был руководитель региона, нужно выйти и по-честному сказать: мы хотим ему оставить пожизненное содержание, машину, дачу. И пусть люди на это отреагируют. Если они скажут: да, мы считаем, что он очень многое сделал, – пусть остаётся. Но если всё-таки люди против этого, то тогда такие льготы должны быть сокращены, потому что эти льготы, естественно, идут за счёт бюджета. Мы по этому дадим регионам рекомендацию. Я, кстати, вчера эту тему обсуждал с коллегами, которые экспертизой занимаются по линии нашего Народного фронта, они довольно давно это ковыряют. Думаю, что абсолютно правильно, потому что здесь нужно навести порядок, но подчёркиваю: это нужно диктовать не из Москвы, это должен делать не Президент и не Правительство, а пусть сами региональные власти возьмут на себя смелость, выйдут и скажут: хотим сохранить или хотим снять. Вот тогда это будет нормально.

И.Зейналова: Да, вредное производство. Пусть решают, конечно, сами. Я снова про денежки. В прошлом году мы с Вами встречались…

Д.Медведев: Меня всегда про денежки спрашивают, Ирада.

И.Зейналова: А я прямо про большие денежки. В прошлом году мы с Вами встречались, доллар бил, как Вы помните, рекорд. Была невероятно, даже психологически, тяжёлая ситуация.

Д.Медведев: Это правда.

И.Зейналова: На этой неделе снова порадовать нечем. Причём всё понятно, конец года… Но доллар снова под 70. Это предел? И для Правительства какой курс является комфортным для формирования бюджета, для развития экономики? Чего ожидать?

Д.Медведев: Ирада, вы очень правильный вопрос затронули, и очень хорошо, что вы вспомнили нашу годичной давности беседу за этим же столом. Действительно, тогда, скажем честно, настроения были гораздо более тревожные у всех, даже у членов Правительства и, естественно, представителей Центрального банка. Мы, конечно, понимали, что этот процесс не может быть бесконечным, но это самое курсовое дно и границы коридора всё равно нужно было нащупать. Всё стабилизировалось. Действительно, рубль перешёл к совершенно новому состоянию, он находится теперь у нас в свободном плавании. И это хорошо, потому что никто не диктует, каким рублю быть. Как только диктуешь, это означает, что курс дутый, а если курс дутый, он в любой момент может рухнуть. И в советский период это было, и в постсоветский период. Поэтому у нас рубль плавает. Но, что скрывать, он у нас очень сильно подвязан под нефтяные доходы и очень сильно подвязан под цену нефти. Я только что об этом говорил.

Хочу, правда, сказать, что у нас цены на нефть, действительно, в этом смысле сейчас находятся на самом нижнем уровне, поэтому мне представляется, что всё-таки и котировки рубля сейчас из-за этого сползли вниз. И вряд ли, если будет некоторый отскок по нефтяным ценам, эти котировки останутся на текущем уровне. Хотя прогнозы – дело неблагодарное. Тем не менее любое увеличение цен на нефть сказывается на курсе рубля, и люди к этому приспособились. Поэтому в прогноз и бюджет следующего года мы заложили усреднённый курс порядка 63 рублей за один доллар. По всей вероятности, где-то в этих границах рубль будет держаться. Но очевидно, что на состоянии рубля будут сказываться разные факторы.

Помимо нефтяных цен, я напомню, что мы уже достаточно давно находимся в условиях, когда крупнейшие экономические страны, важнейшие финансовые рынки для нас закрыты. То есть мы живем только за счёт собственных источников развития. Это плохо, но это и хорошо, потому что мы впервые познали цену собственных экономических возможностей. Ведь как мы себя вели? Мы – я имею в виду власти в стране в 1990-е годы, да и в нулевые годы. Если что, мы сразу же обращались к западным заимствованиям, причём это делали в основном коммерческие институты (банки, крупные коммерческие компании), и за счёт этого пополняли дефицит ликвидности, получали валютные источники для заключения контрактов импортных и так далее. Сейчас ничего этого нет, но мы продолжаем жить, мы даже развиваемся. Мы живём хуже, наверное, чем хотели бы жить – это правда. Но, с другой стороны, мы теперь понимаем внутренние ресурсы российской экономики. Наша экономика, и это, действительно, медицинский факт, доказала свою самодостаточность. Скажем прямо, не каждая страна имеет самодостаточную экономику, некоторые страны не способны прожить без внешней помощи, но наша страна, безусловно, способна жить и развиваться даже в таких условиях, хотя ничего хорошего в этом нет.

М.Фишман: Звучит, конечно, обнадёживающе, но я продолжу про деньги. Вы сказали не без гордости, что Правительство сдерживает обязательства по страховой части пенсии. Прекрасно, но уже в течение второго года принимаются решения о замораживании накопительной части, с одной стороны, тем самым подрывается доверие к самой идее личных накоплений на старость, если угодно, под которой государство вроде как подписывалось. Это с одной стороны. С другой стороны, у нас постоянно в последнее время обсуждается вопрос повышения пенсионного возраста. Представляется, что эти два вопроса связаны. Есть экономисты, которые утверждают, что это и необходимо, и неизбежно, и в этом смысле хочется понять, какой у вас план. Что и в части накопительных пенсий, и в части повышения пенсионного возраста? Что вы будете делать?

Д.Медведев: Я вот что хочу вам сказать по поводу первой и второй части вопроса. Считаю, что они если и связаны, то всё-таки очень опосредованно. Про накопительную часть. Мы действительно несколько лет подряд принимаем решение о том, чтобы заморозить эту самую накопительную часть или накопительный элемент. Страдают ли при этом интересы людей, которые вошли в накопительную систему? По этому поводу есть разные точки зрения. Я озвучу ту, которая мне кажется абсолютно справедливой: не страдают, потому что ни на общем объёме денег, которые будут получать люди в случае выхода на пенсию, ни на текущем исполнении пенсионных обязательств заморозка вот этого самого накопительного элемента не сказывается. Более того, мы весь накопительный ресурс практически распределяем через распределительную часть, через нормативную часть пенсии, и люди получают всё, что должны получать. То есть и сейчас они получают полную пенсию, и в будущем они будут её получать.

Да, это тоже вынужденная мера, конечно, происходит это не от хорошей жизни. Связано это с двумя моментами. Момент номер один: нам сначала необходимо было подготовить сами пенсионные структуры, которые занимаются управлением соответствующей части накоплений, то есть эти самые негосударственные пенсионные фонды, чтобы они вошли, как принято говорить, в систему страхования, чтобы они были прозрачны, понятны, чтобы там жуликов было меньше. Там, к сожалению, их хватало. И вторая причина сугубо финансовая. Действительно, нам сейчас нужны деньги для развития. Это приблизительно 345 млрд рублей, которые мы сможем использовать для решения текущих неотложных задач, в том числе, может быть, и антикризисных.

Это временная ситуация. Я специально лично сказал, глядя на своих коллег по Правительству, что мы приняли решение не отказываться от накопительной части пенсии и от существующей системы пенсионирования, потому что пенсионная система в целом должна быть стабильна. Мы пообещали в начале нулевых годов, что будут два элемента, – мы должны их сохранить. В этом смысле никакого пересмотра не произошло.

Теперь в отношении пенсионного возраста. Это более сложная тема. Первое, о чём бы хотел сказать: пока никаких решений не принято. Идёт общественная дискуссия, она известна любому человеку. Смысл её заключается в том, когда целесообразно выходить на пенсию с точки зрения конкретного человека и интересов государства.

Я всё-таки напомню, как складывалась наша система пенсионного обеспечения, включая возраст выхода на пенсию. Этот возраст был установлен в 1932 году. Когда я выступал в Государственной Думе, я посмотрел на статистику и обомлел: средняя продолжительность жизни в нашей стране в 1932 году была 35 лет. Это было связано с голодом, с гражданской войной и так далее, но тем не менее.

35 лет была продолжительность жизни, 55 для женщин, 60 лет выход на пенсию. Вот из чего исходил тогда законодатель. С тех пор, слава богу, у нас существенно изменилась ситуация, и за последние годы у нас продолжительность жизни довольно серьёзно выросла. Я считаю, что это, кстати, наше большое достижение. Оно, может, не такое, как в Японии или скандинавских странах, но всё-таки. У нас женщины вообще молодцы, уже живут в среднем приблизительно на семь лет дольше, чем это было буквально восемь лет назад, около 76 лет. Мужчины, конечно, поменьше живут ввиду вредных привычек, но тоже живут существенно дольше, чем это было ещё 10 лет назад. И это хорошо. Поэтому если будут ещё за своим здоровьем следить, то выйдут на приблизительно такую же среднюю продолжительность жизни, как у наших дорогих женщин.

Это очень хорошо, это результат нашей работы по медицинской линии, отказа от целого ряда вредных привычек, результат занятий спортом, ну и, конечно, медицина. Поэтому мы сейчас уже вправе поставить перед собой этот вопрос: когда люди могут выходить на пенсию? Но ответа на этот вопрос нет. Нужно провести дополнительные консультации, нужно поговорить и с экспертными кругами, и просто с самими людьми посоветоваться, потому что приоритеты у всех очень разные.

Проиллюстрирую на одном примере. Говорю об этом, потому что тоже сам этим специально занимался. Выход на пенсию чиновников. Вот когда мы эту идею обсуждали, все были почему-то уверены, что чиновникам только скажи: выходи на пенсию в 65, и они будут хлопать в ладоши. Ничего подобного. Часть людей, часть должностных лиц сказала: да, мы хотели бы работать как можно дольше (причём это не зависит от должности), часть людей сказала: нет, мы хотели бы уйти раньше, заниматься внуками, огородом, на дачу ездить и так далее. То есть это набор приоритетов. Но мы всё-таки приняли решение увеличить продолжительность трудового стажа для государственных служащих до 65 лет, но сделать это постепенно. Я считаю, что в постепенности как раз и есть рецепт увеличения общей продолжительности трудовой деятельности в нашей стране.

М.Фишман: Смысл моего вопроса скорее был таков: не слишком ли медлит, возможно, Правительство с этой назревшей мерой?

Д.Медведев: Это зависит от точки отсчёта. Те, кто придерживается более либеральных взглядов на экономику, говорят: давайте быстрее. Те, кто придерживается более консервативных позиций в этой части, говорят: давайте медленнее. Понимаете, я считаю, что здесь нельзя ни торопиться, ни, с другой стороны, опоздать. Конечно, если бы мы сейчас приняли решение, то для бюджета это было бы очень существенной поддержкой. Но давайте задумаемся: люди к этому готовы? Я в этом не уверен.

Поэтому мы должны сделать так, чтобы все люди осознали свои жизненные приоритеты, чтобы они решили, как им поступать, чтобы выбрали для себя модель поведения после 55 или 60 лет: работают они или не работают. Ведь недаром мы совсем недавно также рассматривали вопрос, как платить пенсию тем пенсионерам, которые работают.

Напомню, в советские времена такие люди никогда не получали пенсию. Человека ставили в такие условия: или ты получаешь пенсию, или идёшь и зарабатываешь деньги на работе. Причём под это подводилось вполне серьёзное юридическое и экономическое обоснование. Что такое пенсия? Это, по сути, выплата в связи с утратой трудовой функции, возможности трудиться. Если у тебя трудовая функция не утрачена, за что тебе платить пенсию? Такова была позиция наших предшественников, которые, кстати, олицетворяли левые взгляды, левые, подчёркиваю. Мы на это не пошли: у нас люди сейчас получают и пенсию, и зарплату. Единственное, чего мы не сделали, – мы не проиндексировали соответствующую часть пенсии тем, кто работает, но мне кажется, что в нынешних условиях это абсолютно справедливо. Поэтому это зависит от точки отсчёта. И я думаю, что в ближайшие годы, нам нужно будет, посоветовавшись с людьми, это решение принять.

С.Брилёв: Дмитрий Анатольевич, по принципу «да-нет», я не пытаюсь сорвать, что называется, наш хронометраж, но существующие пенсионеры в следующем году получат повышение пенсии в очередной раз, да? Всё нормально?

Д.Медведев: Конечно.

С.Брилёв: Это останется в планах.

Д.Медведев: Если говорить о пенсионерах, то позиция такая. Те, кто не работает, естественно, имеют право на пенсию и на индексацию этой пенсии. Эту индексацию мы будем проводить, скорее всего, в два этапа, в зависимости от экономического положения дел в стране. Есть уже нормативная индексация и возможна индексация по итогам работы за I квартал. Эта позиция, которую мы, кстати, определили с «Единой Россией», и считаю, что она абсолютно справедлива, корректна и соответствует экономическому состоянию дел в обществе.

С.Брилёв: И неприкасаема.

Д.Медведев: Что касается работающих пенсионеров, то они и работают, и получают пенсию, но их пенсия не индексируется именно потому, что они работают. Я считаю, что это тоже справедливо, потому что если они находят силы для работы, то уж во всяком случае вот эти небольшие суммы индексации им не настолько нужны.

Е.Осетинская: Дмитрий Анатольевич, жители Крыма платят довольно высокую цену за то, что они оказались гражданами России. Последние события показали, что Крым по-прежнему находится в изоляции, и, по сути, системы жизнеобеспечения находятся отдельно от Российской Федерации. Когда эта ситуация будет ликвидирована и как? И главное, сколько это будет стоить и кому?

Д.Медведев: Елизавета, я думаю, если мы спросим у жителей Крыма, платят ли они слишком высокую цену за интеграцию с Россией, то абсолютное большинство крымчан скажет, что они готовы даже большую цену заплатить, лишь бы не возвращаться в тот бардак, в котором они были ещё буквально совсем недавно.

Е.Осетинская: Я думаю, это зависит от способа проведения опроса.

Д.Медведев: Знаете, как ни спрашивай, человек на уровне первой реакции всё равно вам ответит. Я не говорю про манипуляции, я говорю просто об обычном вопросе, который задаёшь обычному человеку в Крыму. Я такие вопросы обычным людям задавал, людям, которые, что называется, на улице встречаются.

По поводу интеграции. Вообще-то Крым в российское правовое и экономическое пространство уже интегрирован. Ровно поэтому мы прекратили работу Министерства по делам Крыма, перешли на другую форму управления. Крым является неотъемлемой частью Российской Федерации и в правовом, и в экономическом смысле. Там выплачиваются все пенсии, пособия. Там существует, действует российское правовое поле, которое, на мой взгляд, гораздо более совершенно, чем то, которое было там.

Но Крым действительно уязвим по двум причинам. Это колоссальное недофинансирование в последние, может быть, 20 лет, а если говорить прямо, вообще, может быть, даже послевоенного периода. Крым, который ещё 100 лет назад был жемчужиной, действительно в советский период всё-таки развивался не так, как все мы хотели бы. Последние 20 лет – ещё хуже. Поэтому там есть проблемы, которые обострились ввиду известной позиции руководства Украины.

Что бы там ни говорили украинские правители, то, что произошло со светом, иначе как геноцидом не назвать. Это совершенно хамская, абсолютно такая отмороженная, как говорят в народе, позиция, когда социальные учреждения, людей, которых, кстати, украинские власти даже почитают за своих (говорят: «Там наши люди, и вообще Крым должен вернуться»), отрезали от энергоснабжения. Как это назвать? Свинство просто, по-другому никак не назвать. Но мы, естественно, к этому готовились, скажем прямо. Заранее готовили и дизели, и резервные системы энергоснабжения, поэтому там коллапса не случилось. И даже в самый напряжённый период энергопитание социальным учреждениям ‒ учреждениям здравоохранения, социального обслуживания ‒ было обеспечено. Совсем недавно состоялся запуск первой нитки энергоснабжения. Скоро мы подключим вторую нитку из первой очереди, а в мае – ещё две. В результате получим 800 МВт. Это полностью закроет проблемы Крыма.

Но и на этом мы, естественно, не остановимся. В планах есть сооружение к 2018 году двух новых электростанций – в Севастополе и в Симферополе. В этом случае Крым станет не энергодефицитным, а энергоизбыточным регионом. Поэтому в целом там совершенно нормальная в этом плане ситуация.

И наконец, последнее: всё это, конечно, в деньгах не измеряется. Я возвращаюсь к тому, с чего начал. Это совершенно другая история, и вы отлично знаете, с каким энтузиазмом она была принята в российском обществе, российскими людьми.

Е.Осетинская: Мой вопрос как раз был скорее об экономической составляющей этого процесса. Во сколько обходится всё это?

Д.Медведев: Теперь в отношении того, насколько всё это дорого. Это недёшево, конечно, это недёшево.

Я в Крыму бывал в предыдущие годы по приглашению крымских, украинских руководителей и скажу совершенно искренне: мне хотелось как можно скорее оттуда уехать. Край красивый, но всё такое прямо убитое, и отношение такое же. Такое ощущение, что изначально украинское руководство считало, что это не их земля, и ничего не вкладывало.

Что делали? Покупали, естественно, для себя любимых там участки земли, строили себе дачи и больше ничего не делали. Ни дороги, ни электричество нормально не развивали, ни сферу услуг. У нас она везде, наверное, не идеальная, но давайте по-честному скажем: если сравнить Черноморское побережье Кавказа и Крым, всё-таки у нас на Черноморском побережье Кавказа сервис гораздо лучше. Поэтому колоссальное недофинансирование. Мы создали целую программу, мы будем её, естественно, реализовывать. Эта программа тянет приблизительно на 700 млрд. Это большие деньги для страны, но мы обязательно всё осуществим, потому что Крым – действительно часть России, Крым – любимое место отдыха огромного количества наших граждан, в Крыму живут наши люди. Все деньги будут выделены, все программы будут реализованы.

И.Зейналова: Дмитрий Анатольевич, а вот про украинский долг как раз в 3 млрд. Нам сейчас очень кстати было бы вернуть эти деньги. Я снова про денежки.

Д.Медведев: О чём-нибудь хорошем бы спросили, всё про деньги да про деньги.

И.Зейналова: Украина нам должна 3 млрд, в результате возвращать мы собираемся, судя по всему, через суд. Нам предлагают участвовать в рассрочках наравне с коммерческими кредиторами, несмотря на то, что МВФ признал этот долг суверенным. И МВФ буквально накануне нашей встречи поменял правила игры. Что это значит? Нам когда-нибудь деньги вернут, и что это за странный процесс?

Д.Медведев: Ирада, принято говорить, что надежда умирает последней.

И.Зейналова: Вместе с 3 млрд?

Д.Медведев: Да, надежда умирает последней. Но если вы хотите знать моё мнение, как и, наверное, большое количество наших людей, у меня есть ощущение, что не вернут, потому что жулики. Они отказываются возвращать деньги, а наши западные партнёры нам не только не помогают, но и мешают в этом.

Давайте разберёмся, что это за долг. Он возник абсолютно легальным, совершенно правомерным путём. Украинское руководство (и президент, и правительство) обратилось к России с просьбой поучаствовать в приобретении денег, их займа облигационного, для того чтобы решать текущие задачи в украинской экономике.

Это обращение было от Правительства Украины в Правительство Российской Федерации. Если два правительства договариваются, то это очевидно суверенный заём. Никогда за всю историю МВФ, за всю историю международных экономических отношений это не ставилось под сомнение. Тут вдруг… Ладно новое руководство Украины, которое пытается отгребать от всех прежних обязательств и некую свою линию проводить – Бог им судья, это я ещё хоть как-то могу объяснить. Но удивительно то, что международные финансовые организации начали говорить: ну, это как бы вот вроде и не совсем суверенный заём. То есть когда два правительства – это не совсем суверенный заём? Чушь собачья. Очевидно, что это просто совершенно наглая циничная ложь.

Это суверенный заём. И если это суверенный заём и этот заём не возвращается, то есть кредит не исполняется, наступает что? Наступает просрочка платежа или, как принято говорить, дефолт, который имеет для страны всегда прямые и очень неприятные последствия, для страны-заёмщика. Что произошло? Международный валютный фонд, несмотря на то что он должен как бы отражать позицию абсолютного большинства государств, и не только государств-заёмщиков, но и государств-кредиторов, впервые опять же за всю свою практику взял и принял решение, которое направлено на поддержку экономики страны-заёмщика вопреки реальным обстоятельствам дела, вопреки существующим договорённостям юридическим, только по политическим причинам. Это серьёзным образом подрывает доверие к тем решениям, которые принимает МВФ. Я думаю, что сейчас в МВФ устремятся потоки обращений от различных государств-заёмщиков с просьбой предоставить им такие же условия, как Украине. Как МВФ в этом случае будет отказывать?

Всё это связано с тем, что международная финансовая система устроена несправедливо. Мы об этом неоднократно говорили, я лично говорил на саммитах – «двадцатки», «восьмёрки». Бреттон-Вудские соглашения, которым много лет, когда-то сыграли свою роль, они сегодня не работают, квоты не перераспределяются, крупнейшие экономики типа китайской не получают того, что должны иметь в МВФ. Иными словами, если мы в ближайшее время эту систему не реформируем, к ней будет подорвано доверие.

Теперь в отношении этих 3 млрд. Конечно, мы с этим не смиримся, мы пойдём в суд, мы будем добиваться дефолта по кредиту и будем добиваться дефолта по всем заимствованиям Украины. А куда деваться?

И.Зейналова: Дмитрий Анатольевич, получается до странности много эмоций вокруг цифр. 20-го они должны выплатить, мы пойдём в суд, а сегодня Наталья Яресько, министр финансов Украины, заявляет, что украинское правительство испытывает невероятное эмоциональное давление со стороны украинского народа, чтобы этот долг не возвращать. Что можно ответить? Есть же цифры, подписанные документы. Что происходит?

Д.Медведев: Я не знаю, что сказала министр финансов Украины, главное, чтобы министр финансов Украины ещё поняла, что сказал украинский народ, потому что она довольно длительное время с украинским народом, как известно, не общалась, а жила в совершенно другом месте. Я не думаю, что украинскому народу сейчас есть дело до возврата этих 3 млрд. Украинский народ сейчас думает, как прожить эту зиму, которая ещё неизвестно как закончится для всей Украины. Они обязаны платить по этому кредиту. Это наша строгая позиция. И если в этом нас не поддерживает МВФ и, кстати, наши партнёры… А Президент обращался по этому поводу, я письма подписывал – в Европейский союз мы обращались, к американцам: помогите обеспечить выплату долга Украиной. Мы им готовы рассрочку дать, лишь бы платили. Они что нам сказали? Никак помогать не будем, ничего обеспечивать не будем, что означает только одно: они не верят в платёжеспособность Украины. Они сами не дали гарантий за Украину и не позволили это сделать первоклассным банкам, которые могли бы это сделать за Украину, если бы они приняли систему рассрочки, то есть чтобы они возвращали нам этот кредит в течение трёх лет. Иными словами, они умыли руки и сказали: пусть Украина сама выплывает.

Очень плохая ситуация, и она усугубляется ещё тем, что, помимо этих 3 млрд, Украина стоит на пороге вступления в ассоциированное членство с Евросоюзом. Они сами эту дорогу выбрали, пусть они по ней идут. Это ответственность тех, кто принимал решения, эти решения, как минимум частично, разделяются и украинским народом, – пожалуйста. Но они должны понимать, что 1 января закончится период, который мы специально выбрали для донастройки наших экономик, для того чтобы соединить существующие правила в отношении зоны сводной торговли СНГ с правилами Евросоюза. Мы специально договаривались, что называется, на троих – европейцы, Украина и Россия, – что в течение года мы такой адаптационный период пройдём. Что сделано? Ничего! Абсолютно ничего! В течение этого года нам рассказывали о том, что нужно встретиться, поговорить, совместить позиции, поговорить о формулировках. Конкретными вопросами не занимались: ни вопросами санитарно-эпидемиологического контроля, ни вопросами таможенных пошлин, ни вопросами согласования правопорядка, ни вопросами согласования технического регулирования – ничем.

Но надо понять нас. Если они выбрали для себя другую зону свободной торговли, другую свободную экономическую зону, они должны понимать, что преимущества в зоне свободной торговли с Россией, то есть нулевой тариф, закончатся, тоже по вполне понятным причинам. Они сугубо прагматичны, они абсолютно не связаны с политикой.

Мы же не знаем, какие товары повезут на Украину. Это могут быть европейские товары, а могут быть товары из третьих стран, и все они по нулевому тарифу через Украину хлынут в Россию. Мы этим свой рынок просто утопим, поэтому мы им сказали: мы всё это завершим. Если мы не договоримся, мы всё это завершаем прямо 1 января.

Что это будет означать для Украины? Украина получит статус наиболее благоприятствуемой нации, то есть страны, с которой торговля ведётся на принципах наибольшего благоприятствования. Здесь всё хорошо, кроме одного: нет нулевого тарифа. Тариф этот вырастет по разным категориям товаров от 3 до 9%, в среднем, может быть, на 6%. Это серьёзная история, и они должны это понимать.

Шансов, что мы договоримся, на мой взгляд, почти никаких. Но мы упорно, до самого конца декабря, будем пытаться договориться, чтобы пройти этот путь до конца и чтобы продемонстрировать, что если мы о чём-то договариваемся, мы всё делаем. Если этого не будет, мы введём новый торговый режим с Украиной и введём специальные санкции в отношении украинских продовольственных товаров, как мы это и обещали сделать в ответ на их санкции. Мы этого не сделали опять же для того, чтобы помочь им в этой ситуации справиться с экономическими проблемами, чтобы не усугублять проблемы Украины. Но мы будем вынуждены на это пойти, если они не договорятся с нами по зоне свободной торговли. Таким образом, для Украины наступят два этих обстоятельства. Я думаю, что это очень серьёзный, очень существенный момент.

С.Брилёв: Дмитрий Анатольевич, следующий мой вопрос комплексный. Заполонены новостные выпуски невиданными доселе картинками: крылатые ракеты с кораблей, с подводных лодок, Ту-160, который впервые вообще в боевом применении находится… Всё-таки любопытно: сколько это стоит?

Д.Медведев: Это секрет. Я могу вам сказать так: применение российских Вооружённых Сил укладывается полностью в параметры бюджета Министерства обороны. Они не обращались за увеличением расходов на оборону.

С.Брилёв: Ни разу за всё это время?

Д.Медведев: Применительно к той ситуации, о которой вы говорите, не обращались.

С.Брилёв: Отличный ответ. Прошу.

Е.Осетинская: Дмитрий Анатольевич, то, что контрсанкции привели к росту цен, – это факт. Та инфляция, которая была в этом году, это отчасти результат этих контрсанкций. Сейчас мы вводим ещё дополнительные ограничения по импорту из Турции. Ещё не факт, но довольно вероятно, что это тоже приведёт к росту цен. Вы как Правительство планируете какой-то комплекс мер, который бы компенсировал это, или нам просто нужно привыкнуть к тому, что наступила новая реальность, что цены будут выше, доходы будут на прежнем уровне, ну то есть мы оказались в такой сложной ситуации.

Д.Медведев: Применительно к доходам, наши доходы будут, естественно, зависеть от нескольких причин – и от того как складывается ситуация на внешних рынках, в том числе, конечно, и на нефтяном рынке, и от наших собственных способностей меняться. Давайте по-честному признаемся: у нас сейчас нефтяные доходы 44% в общих доходах бюджета. Много это? Много. Было больше? Было существенно больше. У нас они были и 50, и 60, и 70%, то есть структура доходов нашего бюджета меняется и меняется в сторону более благоприятной структуры. Мы должны эти тенденции закрепить.

Теперь в отношении ситуации с Турцией и влияния на цены. Я не буду с вами спорить, вы правы, введение контрсанкций в той или иной степени повлияло на ситуацию с ценами, может быть не фатально, потому что… Мы уже как-то подзабыли, но у нас продовольственная инфляция в начале 2008 года была 13%, посмотрите по данным. И в начале 2015 года она приблизительно такая же, то есть мы уже такой период проходили. Там не было никаких санкций, я просто обращаю внимание на то, что…

Е.Осетинская: В смысле, что это кризисные явления?

Д.Медведев: Кризисные явления. Это связано не только, я имею в виду продовольственную инфляцию и рост цен, с санкциями, потому что это происходило и в 2008 году, хотя мы ничего не закрывали.

Тем не менее, не буду спорить, это, безусловно, повлияло. Но впоследствии мы сумели отрегулировать общую ситуацию в торговой сети, мы нашли новых поставщиков товаров, мы действительно включили механизм импортозамещения. По части сельского хозяйства импортозамещение точно существует и приносит свои результаты. Нам говорили о том, что у вас будут пустые полки – полок пустых нет, на полках всё в порядке. Да, цены выросли, где-то больше, где-то меньше. В столичных магазинах больше, в провинции поменьше, но тем не менее это действительно свершившийся факт.

Применительно к ситуации с турецким рынком и турецкими поставками. Знаете, если говорить прямо, это не очень большой объём поставок. Мы прикидывали, во что это может вылиться. По мнению аналитиков, это приблизительно может добавить в инфляцию 0,2% или от 0,2 до 0,5%. Это в принципе совсем немного. Более того, такие флуктуации связаны с совершенно другими процессами, которые существуют на продовольственном рынке. Поэтому всплеска цен именно по этому поводу не будет. Но государство должно контролировать, что делают поставщики продовольствия, потому что это всегда очень хороший повод, чтобы взвинтить цены. Ещё ничего не закрыли.

Кстати, обращаю внимание, что наши санкции в отношении Турции по продовольствию – по помидорам, как сейчас принято говорить, – ещё не действуют, вообще не действуют, они вводятся с 1 января. Если где-то цены растут, то это уже только в результате ценового сговора, и здесь по рукам должны бить власти и правоохранительные структуры. И мы будем за этим следить, в том числе Антимонопольная служба, она специально на это заострена.

Поэтому я считаю, что ничего принципиального в связи с этими решениями по Турции не произойдёт.

К.Поздняков: Я хотел бы продолжить тему импорта и экспорта отчасти. От каких отраслей ожидания в плане импортозамещения оказались завышенными, а какие по-хорошему удивили? А в плане экспорта тоже такой поворот, может быть, отчасти и в турецком сегменте. Вот мы продаём сырьё, нефть, зерно, а делает деньги на этом чужой дядя. А что с нашими тогда перерабатывающими производствами? В чём проблема?

Д.Медведев: Кирилл, знаете, я исхожу из того, что даже если бы таких проблем не было, их стоило бы придумать ради того, чтобы мы могли изменить нашу экономику. Эти проблемы объективны, но мы настолько привыкли жить на экспорте, что очень важно было, чтобы появился какой-то побудительный мотив, чтобы это сделать.

Какие отрасли точно продемонстрировали хорошую эластичность, способность к импортозамещению? Прежде всего сельское хозяйство, сомнений нет. Да, это не результат последнего года, скажу по-честному, это результат работы в рамках национального проекта, последующей после национального проекта государственной программы. Но мы реально по очень многим позициям смогли заместить иностранные продовольственные товары, причём очень часто это товары лучшего качества – более свежие…

К.Поздняков: Не всегда по подходящим ценам…

Д.Медведев: По разным ценам. Где-то это дороже, где-то это дешевле на самом деле. Это тоже нельзя видеть в одном цвете. Если говорить о ситуации в промышленности, то, конечно, она более сложная, тем не менее хочу обратить внимание на то, что происходит, например, на нескольких рынках. Вот по химической промышленности. У нас не всё падает, у нас химическая промышленность за текущий год выросла на 6,5%, причём именно в результате ввода новых мощностей и работы на российский рынок. Мы теперь не ввозим целый ряд химических продуктов из-за границы, а производим в Российской Федерации, и за счёт этого наша промышленность выросла.

Фармацевтический кластер. Он вырос на 13% в этом году за счёт ввода, по-моему, около 10 новых фармацевтических производств. Естественно, это тоже импортозамещение. И это тоже очень важно, потому что лекарства – это исключительно щепетильный момент. Мы должны освоить практически всю линейку по основным препаратам, для того чтобы быть независимыми от поставок из-за границы. Ведь, понятно, очень часто люди говорят: импортные препараты лучше. Это вопрос ощущений. Но самое главное, что они дороже, они покупаются за валюту. И поэтому, как только происходят какие-то всплески на валютном рынке, растут цены на импортные препараты. На наши препараты они так не растут. Поэтому наша задача – обязательно это сделать.

Мы смогли включить целый ряд других отраслей, которые у нас очень долгое время находились в состоянии практически застоя или простоя. Это и судостроение, и двигателестроение. Работают программы. Мы сейчас создали целую линейку новых двигателей, для того чтобы оснащать наши новые самолёты. А они у нас появились, мы все знаем об этом. Это действительно серьёзная техника, техника XXI века. Поэтому импортозамещение идёт. Да, оно идёт не так быстро, как нам, наверное, всем бы хотелось, но ни у кого иллюзий не было. Невозможно создать на базе, по сути, постсоветской промышленности за два года промышленность такую же, как, например, в Германии или Японии. За два года, наверное, нет, а за 10 лет это вполне можно сделать и войти в число стран, которые поставляют сложную технику в другие государства, которые сами производят машины и механизмы, производят то, что на языке советских политэкономов называлось «производство средств производства для производства средств производства».

Е.Осетинская: Дмитрий Анатольевич, ещё реалии этого года. Отменены чартеры в Турцию, закрыто воздушное сообщение с Египтом. А это всё уже воспринималось как дальняя дача. Правительство заговорило о развитии внутреннего туризма. Но смогут ли Краснодарский край и Крым вместить всех желающих отдохнуть? Даже с точки зрения воды и электричества? Хватит? Это же импортозамещение как раз.

Д.Медведев: Ну да. Ничего хорошего в том, что закрыты курорты Египта и Турции, нет. Это не козни со стороны Правительства, это не злая воля властей, это вопрос безопасности наших граждан. Потому что, выбирая между вопросами безопасности и вопросами отдыха, мы просто обязаны (я имею в виду власти Российской Федерации) сделать выбор в пользу безопасности. Очевидно, что произошло. Теракт. Причём, судя по тому, какие масштабы приобрёл терроризм в этом году, повторение таких терактов на воздушных линиях, к сожалению, очень возможно – имею в виду конкретное направление, прежде всего Ближний Восток. Поэтому мы приняли решение – неприятное, кстати, для наших друзей и партнёров и неприятное для наших людей, которые там отдыхали. Но я считаю, что всё-таки это две несоизмеримые ценности: жизнь и возможность отдохнуть.

Применительно к Турции. Мы с вами тоже понимаем, что произошло. Это, кстати, не санкции в прямом смысле этого слова, это, по сути, защитная реакция нашего государства. Ведь после того как был уничтожен наш самолёт… Как себя в XX веке обычно вели государства в подобной ситуации? Начиналась война. Потому что это прямое нападение на иностранное государство. Естественно, в нынешней жизни, в нынешних состоянии, ситуации война – это худшее, что может быть. Именно поэтому было принято решение не отвечать симметрично на то, что сделали турки, а они, конечно, нарушили все нормы международного права и совершили, по сути, акт агрессии в отношении нашей страны, дали, как принято говорить на международно-правовом языке, casus belli, то есть основание для начала военных действий. Российское руководство, Президент страны на это не пошли. Но мы должны были показать им, что они будут отвечать за это. Именно поэтому в интересах безопасности наших граждан были приняты такие решения. Носят ли эти решения бессрочный характер? Я надеюсь, что нет. Хотя сроков ни в каких документах не указано, но очевидно, что в значительной степени отказ от подобного рода действий будет зависеть от позиции турецких властей и от того, смогут ли они обеспечить режим безопасности на своей территории.

Теперь в отношении наших курортов. Наши курорты, конечно, не так приспособлены хорошо для отдыха, как турецкие и даже египетские, мы это понимаем. Эта индустрия у нас плохенькая такая, она развивалась на протяжении советского периода довольно слабо. Правда, отдельные населённые пункты, отдельные туристические места у нас за последнее время получили хороший толчок, хорошее развитие, – я имею в виду Сочи, Анапу, Геленджик. Но всё-таки это пока ещё не тот масштаб курортного сервиса, который существует в других странах. Ничего страшного, мы можем это сделать и будем это делать и на Черноморском побережье Кавказа, и в Крыму. В Крыму ситуация ещё хуже, потому что там (мы только что говорили об этом) даже все звёзды на гостиницах липовые. Ничего, будем внедрять современные туристические стандарты, будем инвестировать деньги, постараемся заместить.

И, наконец, последнее. Не обязательно ехать в Крым и на Кавказ. У нас всё-таки большая страна, есть что посмотреть и в других местах.

С.Брилёв: Дмитрий Анатольевич, так или иначе про авиаотрасль заговорили. Я немножко с другой стороны хочу на неё посмотреть. По факту отменены чартеры в Египет, отменены чартеры в Турцию. Это, конечно, по авиаотрасли наносит существенный удар – сокращение количества рейсов. К этому добавляется то, что… Ну хорошо, исчезновение воронежской авиакомпании «Полёт» прошло менее замеченным, она не такая крупная была, но когда «Трансаэро» ушла с рынка – это, конечно, серьёзно и зримо.

Мы здесь все часто летающие люди в силу профессиональной принадлежности…

Д.Медведев: Я тоже.

С.Брилёв: Мы за билеты платим.

Д.Медведев: Это правильно на самом деле.

С.Брилёв: Нет, понятно, что расходы компания оплатит. Цена билетов растёт. Что делать авиаотрасли на фоне вот этого?

Д.Медведев: Для авиаотрасли это, конечно, испытание, радостного ничего нет в том, что уходят перевозчики. Применительно к «Трансаэро» ситуация, к сожалению, достаточно банальная: трёхсотмиллиардные (в рублях) долги. Их просто не нужно было делать. Это ошибка в прогнозе, которая очень дорого обошлась компании, и в этой ошибке должны разбираться сейчас разные структуры, для того чтобы эти ошибки не повторились. Но при этом всё, что было положено по линии «Трансаэро», мы перевезём силами «Аэрофлота» и других компаний. В этом смысле всё работает нормально, я бы даже сказал, практически как часы. Люди этого не чувствуют.

Что же касается цен на билеты, вы правы. Конечно, уход перевозчика – это всегда удар по конкуренции, и наша цель не заключается в том, чтобы на воздушных пространствах России остался один «Аэрофлот». Конечно, нет. И «Трансаэро» жалко, потому что это перевозчик со стажем, он много и долго летал. Я напомню про печальную судьбу некоторых крупных компаний, вы сами знаете. И в Соединённых Штатах Америки…

С.Брилёв: Pan Am один взять.

Д.Медведев: Конечно! Они казались просто гигантами, и их нет. Потому что опять же ошиблись в прогнозах или совершили какие-то иные действия. Поэтому задача в том, чтобы рынок сохранить, более того, простимулировать его. Мы приняли решение о том, чтобы НДС на воздушные перевозки был снижен с 18 до 10%. Эта льгота сохранится, для того чтобы всё-таки цены на билеты были достаточно разумными. При этом всё равно нужно развивать конкуренцию в этой сфере. Почему? Потому что у нас страна слишком большая. Если бы у нас страна была маленькая, можно было бы даже, может быть, и без таких мер поддержки обойтись. Но у нас перевозка из Владивостока до Москвы стоит огромных денег, просто потому, что расстояние большое. Мы не можем его сделать короче. И керосин всё равно стоит своих денег. Поэтому нужно развивать альтернативные маршруты, нужно развивать экономкласс перевозок, нужно развивать льготирование различных маршрутов, что мы, собственно, и делали в последние годы. Мы эту работу обязательно продолжим.

М.Фишман: Я, если возможно, вернусь с небес на землю. Вы не можете не быть в курсе, что дальнобойщики протестуют уже которую неделю в связи с введением нового сбора (система называется «Платон») за проезд фур по федеральным трассам. На взгляд со стороны, овчинка не стоит выделки, то есть не так существенны доходы от внедрения этого сбора по сравнению с забастовками, митингами, стоящими фурами и так далее. И есть представление, что, возможно, была совершена ошибка. Вопрос, на какой стадии? На стадии планирования – неверная сама идея, на стадии реализации – ошиблись с разъяснением, с самим внедрением. Или у нас в принципе население, в данном случае водители, не готово принимать непопулярные меры Правительства?

Д.Медведев: Миша, ситуация заключается в том, что не все дальнобойщики бастуют. 700 тыс. дальнобойщиков зарегистрировались в системе платежей. Это абсолютная, подавляющая часть тех, кто выполняет междугородные перевозки. Не зарегистрировалась часть, по разным причинам. Когда мы обсуждали эту меру (она, кстати, обсуждалась с 2011 года), было понятно, что часть перевозок выполняется всерую незарегистрированными перевозчиками и неизвестно, что они возят.

Я не скрою, конечно, любой новый платёж никому не нравится. Но ещё раз говорю: подавляющее большинство перевозчиков, солидных, больших, которые выполняют, кстати, 85–90% всех перевозок внутри страны, уже в этой системе находится. И это даст нам возможность в дорожные фонды направить порядка 40–50 млрд рублей. Это не так мало.

Второе. Вот, смотрите, у нас приблизительно в год на дороги тратится триллион, потому что страна огромная, и всё равно больше надо гораздо. Кто платит эти деньги? В абсолютном большинстве случаев это водители, которые сидят за своими частными автомобилями, водители легкового автотранспорта. А вот те, кто реально воздействуют на дорогу, водители крупных грузовиков, крупнотоннажного транспорта, не платят практически ничего. Во всех современных государствах они участвуют в этих расходах – это абсолютно нормально, это правильная идея. И я считаю, что она должна быть доведена до своего логического конца.

Теперь в отношении тех решений, которые были приняты. Действительно, эти решения всё равно нужно было верифицировать и с технологической, и с экономической точки зрения. С технологической точки зрения: невозможно запустить систему, пока она не начнёт работать. Всякие тестовые и прочие вещи, пока не начнут собирать деньги, всё равно не срабатывают. Поэтому, наверное, там были допущены какие-то ошибки, которые нужно было исправить. Но они не фатальные, они все исправлены, это всё работает. Именно поэтому 700 тыс. зарегистрировалось.

И вторая история, она касается психологической части. Нужно привыкнуть всё-таки за такие перевозки платить, это абсолютно нормально, потому что всё это включается в цену товара, и в конечном счёте сами перевозчики от этого не страдают. Более того, сумма этого самого тарифа была рассчитана, и с учётом того, что возникли определённые проблемы, мы приняли решение в текущем периоде её уменьшить, сейчас она взыскивается в меньшем объёме. Она вообще достаточно пренебрежима для абсолютного большинства грузов, которые перевозятся таким транспортом.

Наконец, последнее, что, наверное, нужно было сделать, – это штрафы. Действительно, штрафы, может быть, были несколько завышены. Но сейчас по предложению Правительства Государственная Дума и Совет Федерации их откорректировали и понизили. Поэтому я считаю, что система донастроена, и она в конечном счёте принесёт бюджету и всем нам дополнительные инвестиции на дороги. У нас же общим местом является ругать российские дороги, деньги-то где на них брать? Очевидно абсолютно, что в большей степени на всё это влияют грузовики, они должны во всём этом участвовать. Мы должны научиться платить за такие услуги. Далеко не всегда непопулярные меры хорошо воспринимаются, но в конечном счёте они приносят важный экономический эффект.

К.Поздняков: Я ещё об одном общем месте хочу спросить. Тарифы ЖКХ вырастут в новом году на 4%. Вроде для потребителя не страшно.

Д.Медведев: Это немного.

К.Поздняков: Не страшно. С другой стороны, есть экспертное мнение, которое свидетельствует о том, что качество услуг лучше не станет в отрасли, а инвестиции туда не придут. То есть получается…

Д.Медведев: То есть нужно больше увеличить?

К.Поздняков: Ну не знаю, вот у Вас хочу спросить. То есть получается, что потребитель будет платить больше ни за что? А тут ещё капремонт и так далее.

Д.Медведев: Потребитель будет платить, если говорить о потребителе услуг ЖКХ, я имею в виду граждан, меньше, чем в этом году, потому что тариф будет меньше. Он же связан с инфляцией и связан с индексацией, в том числе индексацией пенсий. А раз мы такую индексацию запланировали, то мы, соответственно, и тариф увеличиваем всего на 4%. Это, кстати, действительно вызвало разные мнения в Правительстве, но в конечном счёте мы приняли решение увеличить тариф ненамного, всего на 4%. Но это для населения. Если говорить о других участниках этих отношений, по использованию жилищно-коммунального хозяйства, то они, естественно, платят больше, и тариф для них совершенно другой. Я считаю, что это тот оптимум, на который мы сейчас вышли. Большего с населения в текущей ситуации просить нельзя.

Е.Осетинская: Дмитрий Анатольевич, я не знаю, знакомы ли Вы с резонансным расследованием ФБК и «Новой газеты» по поводу бизнеса членов семьи Юрия Чайки – было бы интересно узнать Ваше мнение. Но я не вполне об этом. Ситуация показывает, аналогичные расследования показывают, что существующая система декларирования доходов не снимает вопросы общества о том, как устроены доходы чиновников. Поскольку Вы были инициатором системы декларирования, хочу именно у Вас и спросить: не стоит ли, может быть, как-то расширить эту систему декларирования? Включить, например, совершеннолетних детей в систему декларирования доходов или как-то двинуться в направлении прозрачности?

Д.Медведев: Я действительно имею отношение к введению всей системы декларирования, отчётности госслужащих. Я считаю, что в тот период я поступал абсолютно правильно, и этот курс был продолжен и в последующий период. Контингент людей, которые отчитываются, сведения, которые попадают в декларацию, были расширены. Была введена конструкция конфликта интересов, были введены запреты на обладание целым рядом имущественных объектов, включая иностранные счета, иностранные ценные бумаги, инструменты в иностранной валюте. Я считаю, что это абсолютно нормально и эту работу нужно продолжить как по части совершенствования законодательства, так и по части учёта того, что происходит. В этом смысле у нас ещё большая, что называется, работа предстоит.

Мы, кстати сказать, ратифицировали и целый ряд международных конвенций, кто бы что ни говорил. Моё мнение (в данном случае уже даже не как должностного лица, а как юриста), что у нас законодательство антикоррупционное вполне современное. У нас его ещё 10 лет назад просто не было, а сейчас мы имеем вполне современное антикоррупционное законодательство. Но это не означает, что у нас существенным образом изменилась ситуация с коррупцией. Это действительно одно из самых существенных зол, одна из самых существенных проблем, которые существуют в нашем обществе и среди должностных лиц, и вообще среди тех, кто участвует в коррупционных цепочках, и с этим государство просто обязано бороться.

Что касается расследований любых, то они были, есть и будут, но самое главное, чтобы они базировались на объективных материалах.

Е.Осетинская: Может быть, государству стоит самому как-то выйти с инициативой, как-то перетянуть её на свою сторону, что ли?

Д.Медведев: Да, мне кажется, Елизавета, мы из этих инициатив за последнее время очень многое реализовали.

Е.Осетинская: Я имею в виду эту конкретную историю.

Д.Медведев: Про конкретную историю: всеми конкретными историями должны заниматься те, кто за это отвечает. Это те лица, которые контролируют доходы госслужащих, а также правоохранительные структуры.

Вы упомянули, например, в качестве предложения: давайте сделаем таким образом, чтобы должностные лица указывали в своих декларациях доходы совершеннолетних детей. Можно и это обсудить, но я не уверен, что это соответствует, по большому счёту, современным подходам, потому что ситуации могут быть разными. Могут быть ситуации, когда люди общаются, а могут быть ситуации иные. Мы это обсуждали, не думайте, что это появилось прямо сейчас. Я помню, мы это обсуждали лет пять назад, где поставить границу: завершить только на несовершеннолетних детях, как мы сейчас отчитываемся, или на совершеннолетних тоже распространить это. Так, если серьёзно говорить, не видеть в каждом коррупционера… Люди могут вообще не общаться, просто так жизнь устроена, и что же теперь, после этого необходимо будет вытряхивать всё, что делают совершеннолетние дети государственных служащих, даже если они вообще никак не общаются или живут в других странах? Это просто технологически очень сложная задача, но можно рассмотреть и этот вопрос.

Что же касается общей работы по совершенствованию антикоррупционного законодательства, она будет продолжена, в этом сомнений нет. Об этом неоднократно принимало решения Правительство и об этом в Послании говорил Президент.

С.Брилёв: Дмитрий Анатольевич, я хотел тогда спросить Вас про общую работу касательно бизнес-климата, о чём Президент говорил в Послании, опять же просто соединить две темы. Почему Президент вынужден возвращаться к этой теме? Ведь уже не раз говорилось, да, и о снижении административных барьеров, и о сокращении надзорных функций. Ходили какие-то сведения о том, что сейчас, может, какие-то надзорные органы объединят, потом их не объединили… Наконец, взять историю с необходимостью, как выяснилось, отшлифовать закон об амнистии капиталов по второму кругу. В общем, если это всё суммировать: почему наша даже самая высшая власть вынуждена вновь и вновь, из года в год возвращаться к теме бизнес-климата, а не сильно что-то меняется?

Д.Медведев: Потому что у нас такой бизнес-климат, что власти, и высшие власти, вынуждены к этому возвращаться. Потому что он меняется не так, как нам бы хотелось, к сожалению. Поэтому и возвращаемся.

Это на самом деле исключительно сложная задача. В силу разных причин – и в силу экономических устоев, давайте честно скажем, и в силу привычек огромного количества наших людей. И это не только проблема должностных лиц, государственных служащих, ведь бизнес-климат формируется всеми, в том числе и бизнесом, и ещё совсем недавно бизнес себя вёл совершенно, принципиально по-другому. Сейчас все понимают, что очень важно заниматься совершенствованием бизнес-климата. Почему Президент об этом говорит? Почему мы об этом всё время говорим в Правительстве? Потому что мы делаем движение вперёд. Не видеть этого, наверное, тоже было бы не вполне честно, потому как ещё совсем недавно мы в различных рейтингах были на каких-нибудь 150-х местах, и это очень печально, потому что Россия в общем и целом развитая страна, а деловой климат наш воспринимался как никудышный. Сейчас мы сдвинулись вперёд по целому ряду процедур. Это даже для меня сейчас отчасти удивительно…

С.Брилёв: Вы имеете в виду прыжок в Doing Business сразу через несколько десятков позиций?

Д.Медведев: Например, по регистрации компаний мы вошли в десятку самых передовых стран. Послушайте, это неплохой скачок на самом деле. По общему рейтингу мы там где-то на 50-х местах. Мы на самом деле, обратите внимание, по этому рейтингу (рейтинги условны, но они всё-таки что-то отражают) обошли все страны БРИКС – страны, в которых размер экономики больше нашего, которые развиваются в чём-то более устойчиво, чем наша экономика. Но мы их обошли, значит, наши процедуры в чём-то лучше. Поэтому когда мы говорим о необходимости совершенствовать бизнес-климат, мы имеем в виду, что мы просто обязаны быть в числе самых передовых государств. Я уверен, что мы этого достигнем. Для этого нужно совершенствовать нормативную базу, процедуры, для этого нужно совершенствовать электронные системы верификации.

Я недавно вспоминал (с коллегами мы собрались) начало своей юридической практики. Чем занимались юристы в 1990-е годы? Регистрировали компании. Каждая регистрация компании – это было событие. Нужно было подготовить устав, корпоративные документы, походить там по всем инстанциям, и это стоило хороших денег, которые, естественно, юристы старались заработать. Сейчас это автоматическая история, она существует, по сути, в режиме онлайн, она существует в режиме одного окна. Ну разве это не прогресс? Я считаю, что это очень неплохо. Поэтому мы обязательно эту работу продолжим.

М.Фишман: Дмитрий Анатольевич, я бы, если можно, хотел вернуться к Лизиному вопросу, потому что он представляется важным. О расследовании в отношении генерального прокурора и его семьи и высокопоставленных сотрудников Генеральной прокуратуры Вы так чуть-чуть отмахнулись, сказав, что расследование должно быть объективным. Но хочется понять, как мы можем понять, что расследование объективно. Для этого, как представляется, должна быть какая-то реакция. Мы пока видим, что власть в этом смысле, в широком смысле, молчит, а при этом речь идёт о репутации всей власти. Это даже не коррупция, речь идёт о том… В частности, обвинения предъявлены в отношении высокопоставленных сотрудников Генеральной прокуратуры в прямых связях с криминалом. И власть должна реагировать, должно быть какое-то, может быть, открытое гласное расследование, временное отстранение в связи с конфликтом интересов генерального прокурора от обязанностей. Ну а как иначе мы поймём, правда это или нет?

Д.Медведев: Михаил, вот вы сейчас использовали такую конструкцию, наверное, бессознательно, но совершенно напрасно: вы сказали, что конкретному человеку или должностному лицу предъявлено обвинение. Но если мы будем в такой системе координат находиться, мы очень далеко зайдём. Это тогда будут в лучшем случае 1930-е годы. Обвинение может предъявить в нашей стране только правоохранительная система, только в установленном законом порядке. А в отношении всякого рода публикаций, вы сами знаете, как они возникают и каким образом, и далеко не всегда это результат объективного расследования и результат объективной деятельности каких-то лиц. Это очень часто носит заказной характер. Я не буду сейчас давать оценку конкретным публикациям, просто чтобы не делать им рекламу, а именно эту цель эта публикация и преследует. Более того, это всегда часть политической борьбы. Но, естественно, если есть информация, правоохранительные органы и контрольные инстанции обязаны её анализировать и обязаны принимать решения, но только в рамках существующих процедур, исходя не из эмоциональных соображений – «Ух ты, про кого написали! Ну-ка давай-ка сейчас всех в асфальт закатаем», – а исходя из конкретных материалов дела, исходя из юридической оценки того, что там содержится. Только в этом случае мы сможем создать правовое государство, а не государство, которое у нас, к сожалению, существовало на протяжении практически 80 лет, когда презумпцию невиновности можно было в корзину выбросить. Я просил бы, чтобы и вы это имели в виду, когда делаете такие заключения.

М.Фишман: Полностью согласен. Есть общественный резонанс, и есть ноль реакции со стороны власти…

Д.Медведев: Общественный резонанс – нормально. На общественный резонанс должна следовать юридически выверенная реакция властей – не эмоциональная, а юридически выверенная реакция властей, не эмоциональная, а юридически выверенная. Вот и всё

И.Зейналова: А реакция-то будет?

Д.Медведев: Если сейчас никто ни о чём не говорит, это не значит, что реакции нет. Реакция не должна быть моментальной. Власти по любому эпизоду, по любому делу, я имею в виду правоохранительные структуры, обязаны просто проанализировать совокупность фактов. Я не буду ничему давать оценку именно потому, что считаю недопустимым с уровня Председателя Правительства или с какого-то другого высокого уровня давать оценку тем или иным правоохранительным обстоятельствам, тем или иным обстоятельствам дела того или иного, и я, кстати, всегда так поступал в любой должности. Но оценки всегда давались и будут даваться, это понятно.

К.Поздняков: У меня вопрос, такой, наверное, мировоззренческий.

Д.Медведев: Уже не про деньги?

К.Поздняков: Сейчас будет понятно в процессе изложения. Против нас вводят санкции. Мы говорим: «Ну и отлично, нам это поможет».

Д.Медведев: Мы крепче становимся.

К.Поздняков: Да. Долой буржуйское, будем покупать отечественное. Если нам говорят, что путешествия на берег турецкий или египетский – это некий навязанный нам стереотип, то, в общем, тоже нормально, будем отдыхать у себя дома. Широка страна наша родная. Вот это что – это наша реальная переоценка ценностей или некое подсознательное стремление к самоизоляции?

Д.Медведев: Да, вопрос точно серьёзный. Во-первых, мы с вами уже довольно давно все покупаем буржуйское, потому что у нас рыночная экономика, основанная на применении частного капитала. Социалистического мы почти ничего не покупаем, если только не брать продукцию, которая нам поставляется из Северной Кореи.

К.Поздняков: Буржуйская, я имел в виду заморская.

Д.Медведев: Заморская – это другое дело. Что касается стремления к самоизоляции, нашего желания как-то ограничить себя, я думаю, что ничего подобного у нас нет. Мы все современные люди, кто бы где ни работал. Вот представим себе, что Советский Союз сохранился бы до текущего времени. Вот можно себе хоть на минутку представить, что он бы находился вне тех трендов, которые существуют в мире, вне трендов глобализации, открытой информационной повестки? Невозможно.

Советский Союз даже в прежние времена, в смысле в советские времена, не был полностью закрытым обществом, а что уж говорить о сегодняшней жизни. Поэтому никакой самоизоляции у нас нет, она нам не грозит, и мы не упиваемся теми решениями, которые принимаем. Это точно не внутренняя потребность российского человека – закрыться со всех сторон, сохранить патриархальный уклад, сказать: вы к нам со своим уставом в наш монастырь не суйтесь, мы тут сами разберёмся, а ничего западного, ничего иностранного нам не нужно. Ещё со времён Петра Алексеевича то окно, которое было в Европу прорублено, не закрывается. Но это не значит, что мы должны всякий мусор оттуда тащить. Мы должны, естественно, исходить из собственных интересов, национальных интересов, исходя из собственной прагматической позиции. Но изоляция, отказ от общения с иностранными государствами нам точно не грозит, и этого никто не хочет.

Е.Осетинская: Дмитрий Анатольевич, в продолжение, так сказать, этой темы хотела спросить Вас.

Д.Медведев: Философской?

Е.Осетинская: Не совсем. Мы много говорили о повороте на Восток, но этот поворот на Восток, как мне кажется, по той информации, которая есть, не материализовался ни в чём конкретном. То есть подписано много рамочных соглашений с Китаем, но чем они наполнены, до конца не понятно.

Д.Медведев: Я могу долго отвечать, но у нас уже времени мало. Как это не наполнены? Если про Китай, например, просто про Китай. Вот посмотрите, «Сила Сибири» – это договор на десятки миллиардов долларов по поставкам нашего газа. Нефтяные маршруты, по которым мы уже нефть поставляем в Китай, – это поставки на десятки миллиардов долларов, которые нам уже платятся, это уже реализованные проекты, это уже инвестиции. Тяньваньская АЭС – мы уже одну очередь им построили, сейчас другую строим. Это только крупнейшие объекты. Всё там в порядке. Я поеду на следующей неделе туда, буду с китайскими коллегами как раз инвестиции обсуждать.

С.Брилёв: Перед тем как проанонсировать следующие шаги в деятельности Председателя Правительства, я скажу, что время действительно подходит к концу.

И.Зейналова: Замыкая круг, хотелось бы вернуться к началу беседы. Реальность такова, что год казался таким тяжёлым, периодически было впечатление, что мы в каком-то окружении, и вот тяжело. Очень хочется света в конце тоннеля. Скажите что-нибудь обнадёживающее на год следующий, потому что с этим уже вроде бы всё понятно, если у Вас нет других комментариев.

Д.Медведев: Ирада, вам коротко сказать? Всё будет хорошо! Я сердечно поздравляю и вас, и всех наших телезрителей с уже достаточно скоро наступающим Новым годом. Желаю всем хорошего настроения, конечно, мирного неба, желаю всем хорошо отметить Новый год. Новогодние праздники у нас длинные, надо обязательно их интересно провести.

Что же касается трудностей… Какая-то часть трудностей останется, но нет никаких сомнений – мы их преодолеем. Вам желаю хороших эфиров – всем. И хороших журналистских публикаций.

И.Зейналова: А вам хороших бюджетов.

Д.Медведев: А нам, конечно, важно, чтобы деньги в казну поступали, тогда будет проще задачи решать, но не сомневайтесь, мы всё сделаем.

А уходящий год, знаете, в нём действительно много всего было – и грустного, и обнадёживающего. Были очень позитивные моменты, вспомним 70-летие Победы. Это всё-таки наш общий праздник, мы его по-настоящему, по-человечески отметили.

Были, конечно, и очень тяжёлые события, что говорить. Конечно, терроризм, к сожалению, снова по всему миру поднял голову. Будем с этим бороться. Но в целом, я считаю, мы этот год достойно прошли. Год будущий принесёт нам новые события. Спасибо вам большое за то, что вы регулярно со мной проводите такие мероприятия.

С.Брилёв: Дмитрий Анатольевич, спасибо Вам большое.



Сочи — город-курорт в России, расположен на черноморском побережье Западного Кавказа в Краснодарском крае России, на расстоянии 1700 км от Москвы. Образует муниципальное образование город-курорт Сочи. Является самым крупным курортным городом России, важным транспортным узлом, а также крупным экономическим центром черноморского побережья России.


Неофициально именуется летней, южной и курортной «столицей» России.

Постоянное население города — 368 011 чел. (2013). Занимает 5-е место среди городов Южного федерального округа (после Ростова-на-Дону, Волгограда, Краснодара, Астрахани) и 49-е место по численности населения в России. Среди городов на Чёрном море по числу жителей Сочи занимает 3-е место, уступая Одессе и Самсуну и немного опережая Севастополь, Трабзон и Варну.

Муниципальное образование город-курорт Сочи насчитывает 445 209 чел. (2013). Сочи — город краевого подчинения. С 27 августа 1948 года по 3 июня 1958 года был подобно Москве, Ленинграду, Киеву и Севастополю городом республиканского подчинения.

Муниципальное образование город-курорт Сочи, известное также неофициально как Большой Сочи, занимает прибрежную полосу около 105 км (часто встречаемое в литературе расстояние в 140 км] измерялось по старой автодороге), простирается от реки Шепси (на северо-западе) до государственной границы с Республикой Абхазия по реке Псоу.

Сочи также является самым длинным городом России и Европы.

В Сочи, в Адлерском районе города (в Адлере и в посёлке Красная Поляна, находящемся в горах в 39 км от берега Чёрного моря) будут проводиться 22 зимние Олимпийские игры 2014. 15 сентября 2009 года Сочи вступил во Всемирный союз олимпийских городов.

Дата основания Сочи — 21 апреля (старого стиля) 1838 года.

Город располагается около 43 градусов северной широты, то есть примерно на географической широте Ниццы, Торонто, Алма-Аты и Владивостока. Координаты города Сочи (Главного почтамта) — 43°35′07″ с. ш., 39°43′13″ в. д.

Важнейшими курортными факторами, привлекающими отдыхающих в Сочи, являются наличие пляжей, тёплый климат, минеральные источники. Девственные колхидские леса Западного Кавказа на территории города (Кавказский государственный биосферный заповедник) внесены в список всемирного наследия ЮНЕСКО.

Сочи получил право на проведение XXII Зимней Олимпиады-2014 — первых зимних Олимпийских игр в Росси

Общая информация

 


Разное

Новости